Читаем Полнолуние полностью

— А может, лучше просто посидеть в темноте?..

Тут же ему пришлось выпрямиться. Даже без ночного видения он различил нечто движущееся в темноте. Больше всего это было похоже на оползень. Но дрожания поверхности под ногами, характерного для таких явлений, не было. К тому же, даже в условиях ослабленной гравитации почва не могла двигаться вверх! «Нечто» скользило бесшумно и устрашающе.

— Они идут! — завопил Джосс и увидел, как десантники в энергокостюмах легли на землю, когда лазеры и пулеметы противника открыли огонь. Энергетические тепловые лучи прорезали темноту, и Джосса внезапно отбросило назад пулеметной очередью.

Он испугался внезапной близости смерти. Она была совсем рядом. Их разделяла только тонкая оболочка энергокостюма. Джоссу было не по себе. Потеряв равновесие от мощного пулевого потока, он опрокинулся навзничь. Каким-то чудом ему все же удалось сойти с линии огня и укрыться за лежащим рядом огромным каменным валуном.

Джосс осторожно выглянул из-за укрытия и осмотрелся. Ни один механизм его шлема пока не работал.

То, что он видел, было подобно Брейгелевскому аду. Конечно, если предположить, что у художника был кислотный диэтиламид. Джоссу не раз приходилось видеть расщепительное лучевое оружие, собственно говоря, одним из его представителей был ремингтон, но он еще никогда в жизни не находился под массированным огнем военного лучевого оружия. Несмотря на свой калибр и радиус действия, обычные военные пулеметы по сравнению с этим могли считаться детской игрушкой.

Бандиты, казалось, были повсюду: они прятались в хорошо замаскированных прикрытиях и ни сканирующие сенсоры, ни приборы визуального обнаружения не могли зафиксировать их. Только ослепительные вспышки света, прорезающие воздух со звуком громовых раскатов, обнаруживали их местонахождение.

— Только помни, говорил Ивен, необходимо либо двигаться, либо ложиться и прижиматься к земле. Нужно много лазеров и много времени, чтобы разрушить энергокостюм, — повторил про себя Джосс. «Просто здорово, — невесело подумал он. И очень вдохновляет. Но что, черт побери, мне делать, если у них куча лазеров, а укрытия, за которыми я мог спрятаться, уже растерты в марсианский песок?»

И вдруг он увидел громадную рельсовую пушку. Она выезжала из своего подземного редута медленно и лениво, как дракон из неприступной берлоги. Калибр ее составлял не менее фунта, а в ствол, пожалуй, мог пройти и бочонок. На дальнем конце установки, на вращающемся бронированном пьедестале, был виден толстый выступ-отсек перезарядки и механизмов ведения стрельбы.

— Да-а… Вывести эту часть из строя было бы неплохо, — подумал Джосс. — Но она, кажется, здорово защищена. По крайней мере, если бы я ее проектировал, я бы ее защитил… У самого основания этого вращающегося пьедестала была видна какая-то цилиндрическая кабина. — Командная рубка? — предположил Джосс. — Наверняка она. Посмотри-ка на длинную щель там…

И вдруг он понял, что так хорошо видит жерло рельсовой пушки только потому, что она направлена на него.

— Черт! — выругался он и прыгнул.

Он прыгнул слишком тяжело и слишком неуклюже и с грохотом приземлился на камни. Снаряд — мощная пятикилограммовая оплеуха — просвистел у него над головой. Скорость его была так высока, что звуковая волна от выстрела достигла ушей через две секунды.

— Ну-ка прикинем. При данной атмосферной плотности ускорение составит около тридцати двух фунтов в секунду в квадрате…

Он снова подпрыгнул, и снова вовремя: ствол рельсовой пушки повернулся с удивительной скоростью и снова смотрел на него.

— На этой пушке стоят очень хорошие траверс-моторы, — подумал Джосс, — а на движущихся объектах их установить очень трудно.

— Ох! — он в очередной раз неловко приземлился, на этот раз на спину. Ему здорово повезло: задняя часть энергокостюма Трипл-А была просто перенасыщена смягчающими приспособлениями. Джосс выругался и поднялся, собираясь с мыслями.

Другие десантники тоже балансировали вокруг и тоже служили движущимися мишенями. Чаще всего это им удавалось, но иногда — и нет. Джосс пришел в ужас, увидев, как рельсовая пушка описала полукруг и выстрелила. В шестистах футах, на противоположном конце траектории, смутно серебрились контуры энергокостюма. Еще секунду назад в этом костюме был живой человек. Сейчас в его груди зияла огромная рана в фут шириной. Сраженный человек рухнул в кровавую мглу, а костюм посыпался на камни как стекло.

— Я на войне, — подумал Джосс с ужасом, — на настоящей войне… Это не перестрелка с несколькими бродягами, отвоевавшими себе кусок марсианской пустыни, это настоящая война. «Силы цивилизации против темных сил зла.» Или как там еще? «Бойцы за Свободу против Лакеев Бродячих Псов». — Его передернуло. Даже если только одна из противоборствующих сторон позволяла себе мыслить такими аллегориями, это едва ли сулило что-нибудь хорошее.