Читаем Полнолуние полностью

— Надеюсь, тебе не слишком много нужно? — заворчал Ивен, но голос звучал дружелюбно. Он подошел вплотную к корпусу разбитого крейсера и начал его осматривать.

Джосс хмыкнул.

— Учитывая, что однажды ты поднял приличный осколок астероида, эта штука вполне тебе по силам.

— Так это была скала! — сказал Ивен, шагая к дальнему концу корабля и скрываясь из вида. — А это совсем другое дело. Порода всегда ломается по-своему, но все-таки довольно предсказуемо. А корпус этой штуки был изрядно попорчен огнем, да еще и ударом о поверхность, так что трудно сказать, как она поведет себя. Может, разломится надвое. Тебе это вряд ли понравится.

Ивен замолчал. Через пару минут крейсер качнулся. Потом еще раз. Элен Мэри замерла от изумления. Нос корабля стал медленно, дюйм за дюймом, отрываться от земли. Фут, два, три. Вскоре показались серебристые башмаки Ивена на противоположной стороне, а нос поднимался все выше и выше.

Джосс подождал, пока Ивен не встал в полный рост и с вытянутыми руками не застыл под кораблем, как древний Атлас, держащий на плечах мир.

— Не урони! — на всякий случай крикнул Джосс и нырнул, согнувшись, под корпус, начав еще одну съемку.

Сервомеханизмы на скафандре Ивена как-то странно скрипнули.

— Я припоминаю, как ты сказал то же самое бедной официантке в пиццерии в Серенти, — сказал он. — То, что произошло потом, было ужасно.

Джосс показал:

— Смотри сюда. Здесь должен находиться стабилизационный обтекатель. А его нет. Кто-то оторвал его. Как и все остальное, он начисто срезан.

— Еще один след того, что проделало дырку в двигателе? — спросил Ивен, нагибая шею, чтобы посмотреть.

— Хороший вопрос. Никаких признаков лучевого оружия. Фантазировать мы пока не будем. Я не удивлюсь, если это то же самое оружие, которое разрезало гондолу. Гм… — Джосс замолчал и стал отрывать небольшой изогнутый кусочек металла, свисающий с искореженного металлического купола, оставшегося от обтекателя.

— Хоп! — резко крикнул Ивен.

Джосс тут же отпрыгнул в сторону из-под нависшей над ним громады и, споткнувшись, неуклюже растянулся на земле, не думая даже о сохранности лобового стекла на шлеме. Сейчас гондола упадет — и раздастся страшный грохот.

Но грохота не последовало. Через пару секунд Джосс вскочил на ноги. Ивен стоял все там же, удерживая остов корабля и дружелюбно ухмыляясь Джоссу.

— Ты знаешь, я забыл согнуть коленки, приятель!

— Ты, тупоумный громила! — в сердцах выругался Джосс и обиженно отошел в сторону.

Элен Мэри, — обратился он к девушке, — что бы вы ни делали, никогда не проявляйте энтузиазм, если работаете с этим человеком. У него извращенное чувство юмора.

— Ты закончил осмотр? — спросил Ивен. — Было бы неплохо опустить эту штуку, хотя весит она всего-то тонн восемь-девять.

— Девять с половиной, — уточнил Джосс. — Ну ладно, опускай, если ты так уж устал…

Ивен отступил в сторону, и нос крейсера плавно опустился на то место, где лежал раньше.

— Теперь чего изволите?

— Мне надо быстро провести тестирование собранных материалов, — сказал Джосс. — А затем мы можем заняться поисками отца Элен Мэри. Дайте мне десять минут.

— Хорошо. А мы пока выпьем по чашечке кофе.

Они пошли к «Ноузи». Джосс забаррикадировался в маленькой лаборатории в передней части грузового отсека. Его интересовало поведение огня при пожаре на упавшем корабле. Дверь-перегородка, разделяющая передние и задние помещения крейсера, была открыта, если судить по тому, как копоть покрыла стены. Но задний отсек почти не был поврежден огнем. Он знал, что этому были свои причины. Недостаток кислорода не позволил огню распространяться дальше. В конце концов в атмосфере Марса содержание кислорода в пятьдесят раз ниже, чем в атмосфере Земли. Так что все окислительные процессы проходят чрезвычайно медленно. Но все же…

Он вытащил пробы и стал их перебирать. Наконец выбрал один из пакетиков с копотью и повернулся к небольшому стеллажу с аналитическим оборудованием.

Это была суперновая универсальная установка, позволяющая проводить гравитационный, химический и спектральный анализы, с мощным электронным микроскопом и каунтоскопом видимого света; в случае необходимости он позволял проводить генный биосинтез.

Джосс снял небольшую пробирку со стоящего рядом штатива, наполнил ее жидким реагентом и вставил в специальное гнездо. Затем бросил туда несколько пылинок сажи и установил приборы на режим химического и спектрального анализов. Работа занимала немного времени — около тридцати секунд. Прибор щелкнул, и на маленьком светодиодном экране загорелась строка цифр, а ниже — набор спектральных линий.

Джосс внимательно изучал выходные данные.

— О, даже так! — пробормотал он и на всякий случай сверился с кодировочной таблицей. Нет, память не обманывала его.

— Черт возьми! — пробурчал он, и, сорвавшись с места, направился в кабину пилотов. Элен Мэри и Ивен окликнули его из камбуза, удивившись такой спешке.

— Ладно, можете не пристегиваться, — крикнул им Джосс, усаживаясь в командирское кресло. — Я собираюсь взлететь и снова опуститься.

— Ищешь что-нибудь? — поинтересовался Ивен, подходя к пульту управления.