"Это мое единственное оружие", — подумал он, чувствуя, как бьется кровь в висках, а по телу бегут мурашки. Он опустил глаза и двинулся вперед, стараясь не слушать хлопанье крыльев над головой — этот леденящий душу звук, отдававшийся эхом по всему лесу.

В конце тропинки показался одинокий дачный домик. Он был невысокий, с темными окнами. Подойдя поближе, Мэтт увидел, что в рамах нет стекол.

Над низкой двускатной крышей мелькали летучие мыши. Одна из них вылетела через окно.

чуть не оцарапав Мэтту лицо, и скрылась с пронзительным писком.

Сжимая весло обеими руками, Мэтт заглянул в окошко. Внутри оказалось темно, хоть глаз выколи, даже темнее, чем ночью.

Делать было нечего — Мэтт взял весло в одну руку, перекинул ногу через подоконник и забрался внутрь.

Несмотря на то что все окна были открыты здесь стоял жуткий запах плесени. Плесени и… смерти.

Он постоял не двигаясь, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте. Хлопанье мышиных крыльев преследовало его даже в доме.

Теперь Мэтт мог разглядеть комнату. Длинную и узкую комнату. Спальню, в которой не было кровати.

И тут он увидел Эйприл.

У противоположной стены. Она полулежала в глубоком кресле. Ее голова бессильно упала на подлокотник.

"Она умерла, — подумал Мэтт, бросаясь к девушке и склоняясь над креслом. — Габри убил ее!" Но нет. Мэтт различил негромкое дыхание. Испустив слабый стон, Эйприл пошевелила губами. Она еще жива.

Она еще жива, но что же с ней сделал Габри? Доносившийся снаружи шум крыльев неожиданно усилился. Комната почернела, словно летучие мыши загородили окно, закрыв лунный свет. Что это там такое, у противоположной стены, возле окна?

Может быть, кровать?

Мэтт оторвался от Эйприл и, не выпуская из рук весла, пересек комнату. Он вглядывался в темноту,

стараясь не обращать внимания на хлопанье крыльев. И в неверном свете разглядел гроб.

Да-да, у стены стоял плотно закрытый гроб из полированного дерева.

— Ой!

Парень почувствовал, как помимо воли задрожал всем телом. Он крепче сжал весло, как бы ища в нем опору.

— Эйприл, надо выбираться отсюда, — сказал он.

Голос хрипел, язык отказывался повиноваться, Парень кинулся обратно к своей подруге и на чал трясти ее за плечи.

— Эйприл! Эйприл!

Она вздрогнула, но глаз не открыла.

— Эйприл!

Девушка снова вздрогнула, но так и не оторвала голову от подлокотника.

Тогда Мэтт приподнял ее в кресле, попытался заставить открыть глаза.

— Эйприл, очнись! Очнись, пожалуйста! Нужно срочно бежать отсюда!

Девушка пошевелилась.

Ее глаза медленно открылись. Она уставилась на него в изумлении.

— Мэтт? Это ты? — она пыталась приглядеться, но вскоре веки снова опустились.

— Эйприл!

За спиной послышалось легкое шуршание.

Мэтт обернулся и невольно вскрикнул:

— Габри.

Его рот распахнулся в недоброй усмешке, и оттуда торчали клыки, достававшие до подбородка. Красные глаза горели яростью. Вампир готовился к нападению.

Глава 27

Мэтт умирает

— Не-е-ет!

Мэтт даже не понял, что этот долгий крик, заполнивший всю комнату, вырвался из его собственного горла.

Габри со звериным рычанием набросился на Мэтта, пытаясь дотянуться клыками до шеи.

Мэтт в ужасе отпрянул.

Не оставалось времени на раздумья. Некогда было строить планы.

Парень инстинктивно протянул руку назад и, нащупав весло, выставил его навстречу противнику.

Габри наскочил на весло.

С громким чавкающим звуком деревянная рукоять проткнула его грудь.

Глаза Габри выпучились, взгляд затуманился.

Его рот открылся в вопле, и оттуда вылетел серый мотылек.

Он поднялся к потолку, затем выпорхнул в окно.

Глаза Габри закрылись, голова откинулась назад.

Мэтт застыл от ужаса: тело Габри стало сжиться как гармошка. Остекленевший взгляд уставился прямо ему в глаза парню. Лицо вампира съежилось, кожа высохла и потрескалась, затем обратилась в порошок, обнажив череп. А после и череп развалился.

Оцепеневший Мэтт смотрел на то, как рассыпется лежащая на полу темная одежда Габри, превращаясь в ворох серого пепла. Порыв ветра, влетевший в окно, поднял этот пепел и разметал по комнате.

— Эйприл, — позвал парень. — Эйприл, ты очнулась? Вставай, надо сматываться!

— Далеко собрался? — послышался девичий

голос.

Мэтт вытянул руки вперед, будто для защиты, — перед ним выросла Джессика. Ее волосы были разбросаны по плечам. Лицо перекошено.

— Джессика, оставь нас в покое! — крикнул Мэтт, но в ответ услышал громкий презрительный смех.

— Джессика, пожалуйста, отпусти нас! — молил Мэтт.

Но она схватила его руками, холодными-холодными руками за голову и погрузила клыки в его горло.

"Умираю, — подумал Мэтт, беспомощно опускаясь на пол и чувствуя боль от смертельного укуса. — Я умираю".

Глава 28

Провал

Мэтт ощутил, как боль разливается от шеи по всему слабеющему телу, и закрыл глаза. Он все опускался, опускался, опускался под тяжестью клыков Джессики.

"Я умираю, — снова подумал он беспомощно. — Ты победила, Джессика. Теперь уже окончательно".

Потом, к своему удивлению, он почувствовал, что боль слабеет.