Читаем Полночь (сборник) полностью

Мадам Лемаршан. Господина Лемаршана я уже давно не интересую. Иногда, Франк, я задумываюсь, какою была бы моя жизнь, если бы меня звали Хильдой. Мне кажется, что в этом случае, если бы это имя, Хильда, обволакивало его сознание и воспоминания обо мне, господин Лемаршан все еще любил бы меня. Мне бы так хотелось быть Хильдой. Но тут ничего не попишешь, и Хильда остается сама собою, не так ли, а содержимое ее маленького черепа по-прежнему нам совершенно неведомо, не так ли, Франк?

Франк. Да. Скажите Хильде, что мне не выйти одному на улицу.

Мадам Лемаршан. Зачем ей об этом сообщать, если то, что она делает или будет делать, от нее не зависит? Тем не менее я хочу вам помочь, Франк, пусть вы и неспособны на жалость или понимание по отношению ко мне, пусть вы и отказываетесь видеть во мне такого же человека, как вы, а видите единственно обладательницу того или сего, на что, естественно, заритесь. Разве не так? «Тойота», дом, сад, горничная, «тойота», ковры, Хильда, скромные вложения. Разве не так? Согласитесь, вы сводите мою личность к этим благам, Франк. Но я все же намерена вам помочь, ибо, несмотря ни на что, люблю вас, Хильду и вас. Вот что пришло мне в голову: я одолжу Хильду.

Франк. Одолжу?

Мадам Лемаршан. Ненадолго, на неделю-другую. Достаточно будет подсчитать, Франк. Друзья, которых мы вчера принимали, нашли Хильду восхитительной и спросили, где я ее откопала, этого заблудшего котика! Если я сдам им на время Хильду по шестьдесят франков в час, десять дополнительных франков пойдут в ваш, Франк, карман, и вы таким образом сможете быстрее возместить мои расходы и выкупить Хильду. Что вы на это скажете? Хильда им понравилась, они мне позавидовали, у них есть деньги. Женщина, которая служит у них в настоящий момент, ленива и не слишком опрятна. Толстая тетка, на которую неприятно смотреть. Они будут рады заполучить Хильду хотя бы на несколько дней, чтобы было время сбагрить неряху и присмотреть кого-нибудь еще.

Франк. Одолжить Хильду? Нет, нет.

Мадам Лемаршан. В таком случае разбирайтесь со своей обрезанной рукой сами. Да, отвергните мою помощь, выпутывайтесь сами и больше никогда ничего у меня не просите.

Франк. Детишки требуют Хильду. Они не спят по ночам. Я не могу заниматься ими как следует. Прошу вас.

Мадам Лемаршан. Одолжить Хильду стоило бы мне чудовищных жертв. Что стало бы со мной, одной-одинешенькой во всем доме, когда мне на плечи навалился бы целый день? Но если бы вы захотели, я сделала бы это для вас, Франк. Поймите меня, поставьте на минуту себя на мое место. Я обречена, никчемна, одинока. Я нуждаюсь в Хильде, чтобы выдерживать медлительность дней, улыбаться детям и сопротивляться желанию отправить нас, нас всех, совсем в другую сторону. Поймите меня, Франк, попробуйте представить, какую жалкую жизнь я веду, какое уныние испытываю, какой никудышной матерью являюсь. Никто никогда меня не целует, Франк, никто не ласкает, никто не зовет: милая Хильда, Хильда, любовь моя. Хильду любите вы, люблю я, а ее дети страдают из-за ее отсутствия. Я лишена всего этого. Ну как? Кого следует пожалеть, Франк? Если бы мои деньги не позволили чуть-чуть на вас нажать, вы бы меня затоптали, вам же на меня наплевать. Вы — просто варвар, Франк, если полагаете, что страданиям подвержены только горничные и плотники (вы ведь что-то в этом роде?). Я, по крайней мере, вынудила вас себя выслушать. Вы меня поняли, Франк? Теперь вы понимаете, что я за человек?

Франк. Да. Согласен. Согласен. А теперь, дайте мне Хильду.

Мадам Лемаршан. Хильда только что вышла развешивать белье. Господин Лемаршан меняет рубашку, брюки и трусы каждый день, а носки дважды в день, у него потеют ноги. Поэтому белья всегда много. У нас две стиральные машины, обе без сушилки. Сушилки портят ткань, вы слышали об этом, Франк? Вот почему в данный момент Хильда развешивает белье. Я сама переодеваюсь несколько раз в день, чтобы ничем не пахнуть. Возня с бельем занимает у Хильды добрых двадцать часов в неделю. У моих детей впечатляющий гардероб. Франк, я дам кое-что из их одежды для ваших детей. Франк?

Франк. Да.

Мадам Лемаршан. Мне было бы невыносимо представить себе, что Хильда и вы вступаете в половые сношения. Франк?

Франк. Да.

Мадам Лемаршан. Вы ничего не сказали?

Франк. Нет.