Читаем Полная история Руси полностью

Они уже сговорились зажечь дворец, как Василько нечаянно вышел оттуда и обнажил, шутя, свой меч на слугу короля, который зачем-то оставался в Галиче и принадлежал, видно, к числу заговорщиков — они испугались, подумав, что умысел их открыт, и разбежались.

У князей же еще не было никакого подозрения: Василько поехал по своему делу во Владимир, а Даниила пригласил к себе на пир в Вишню боярин Филипп. Уже на дороге нагнал князя посол от тысяцкого Демьяна: «Берегися, пир зол уготован, тебя убить хотят». Даниил вернулся, велел Васильку идти на Александра, а Ивана Михайловича послал за Молибоговичами, участвовавшими в заговоре, как было узнано. Василько взял Бельз, откуда Александр бежал в Перемышль к своим приятелям. Из заговорщиков было схвачено 26 человек, которые получили прощение, но неуличенных оставалось еще много, и дерзость их доходила до того, что один на пиру облил лицо Даниила из чаши, — и то он должен был перенести.

Надо было идти на Перемышль, где гнездилась измена. У Даниила были только 18 отроков с тысяцким Демьяном. Он созвал вече (1231) и спросил людей: «Хотите ли быть мне верными, и пойдете ли со мною на врагов моих?» Все отвечали в один голос: «Мы верны Богу и тебе, господину нашему». Сотский Микула прибавил: «Господине, не погнетши пчел, меду не есть». Даниил выступил, по пути примкнул к нему Мирослав. Подошли якобы на помощь и неверные, «творя втайне совет лютый». Но Бог помогал Даниилу: он смело подступил к Перемышлю. Александр «не стерпев» убежал и оставил все свое имение.

Неверный Володислав Юрьевич послан был преследовать его, но, в заговоре с ним, допустил его пробраться до Санока, ворот угорских. В погоне «сбоден» был некто Шелв, славный своей храбростью, и «в великой чести» скончался.

Александр прибыл в угры. Там, с изменником Судиславом, непримиримым врагом Даниила, он уговорил короля опять идти на Галич, и король пошел, с обоими своими сыновьями, Белой и Андреем, собрав многочисленное войско. Настоящий поход был для него счастливее и несчастнее для Даниила. Началось с осады Ярославля. Там начальствовали оставленные Даниилом бояре — Давыд Вышатич и Василий Гаврилович. Целый день, до захода солнца, продолжалась битва, и угры не могли взять города. Теща Давыдова, Нездиловая, была дружна с Судиславом, будучи кормилицей у него или у его сына, и он называл ее матерью; она убедила Давыда предать город, за невозможностью якобы удержать его. Напрасно товарищ его Василий просил: «Не погубим чести князя своего, — эти вои не могут отнять у нас город». Чак, видя угорские полки, подтверждал это мнение: «Не могут вас уже прияти, ибо вельми суть биени». Но Давыд настоял на своем и сдал город, выговорив право отойти со своими воинами. От Ярославля король пошел к Галичу. Бояре, один за другим, покидали Даниила, воевавшего тогда около Буска, и переходили в угорский стан. И Галич был взят.

Королю мало было и этого: он пошел к Данииловой отчине, Владимиру. Увидев этот город, он удивился и сказал: «Такого города нет и в немецких странах». Воины стояли по стенам, и щиты их, оружие, блестели как солнце. Боярин Мирослав, до сих пор верный слуга, дядька Романовичей, спасший Даниила еще младенцем на седле своем, при покушении Игоревичей взять Владимир, отдал теперь город уграм без сопротивления. «Иногда же храбру ему сущу, Богу ведать, тогда бо смутися умом» он заключил с королем мир без совета со своими князьями и уступил ему Бельз и Червен, куда король и посадил тогда же Александра.

В Галиче на столе он оставил своего сына и победителем отошел за Карпатские горы домой в угры.

Романовичи были сильно поражены. Они упрекали Мирослава, что тот сдал город имея много воинов. Старый воевода отпирался, впрочем, от уступки Червена, — но эти пререкания не приносили, разумеется, уже никакой пользы. Смелые братья, однако же, не унывали и принимали свои меры, чтобы вернуть себе отнятое и прогнать угров.

Но им добавилась новая забота. Великий князь киевский Владимир Рюрикович попросил у них помощи против Михаила черниговского, грозившего ему войной. Даниил пошел и помирил противников. Город Торческ, полученный за труды, он уступил своим шуринам Мстиславичам: «Держите за добродеянье отца вашего». Между тем, на него к Белобережью шел королевич Андрей из Галича, вероятно, по предварительному договору с уграми.

Владислав, отошедший из Киева от Даниила, разбил угорские полки, им встреченные.