– Мистер Том, мистер Том, наш ангелочек пропал! – заголосила она. – Верно, отправилась прямо на небеса, откуда пришла, бедная овечка – а мне приказали дать ей хлеба с молоком в кухне – а она-то в этот миг ест ангельскую пищу, ручаюсь, ручаюсь!

Старик выпрямился.

– Пропала? Небеса? – рассеянно переспросил он, скользнув глазами по яркому закатному небу. На мгновение он замолчал, пристально вглядываясь вдаль, а потом его лицо расплылось в улыбке. – Что ж, Нэнси, похоже, она и вправду хотела как можно ближе подобраться к небесам, с этим не поспоришь, – кивнул он, указывая узловатым пальцем туда, где на огромном камне, чётко очерченная на фоне алеющего неба и обдуваемая ветром, стояла маленькая стройная фигурка.

– Ну уж, сегодня ей на небеса не попасть – я этого не допущу, – твёрдо заявила Нэнси. – Если хозяйка спросит, скажите ей, что я не забыла про посуду, просто пошла прогуляться, – бросила она через плечо и зашагала по тропинке через поле.

Глава 5. Игра

– Боже правый, мисс Поллианна, вы до смерти меня напугали, – жалобно пропыхтела Нэнси, взбираясь к большому камню, с которого Поллианна только что не без сожаления соскользнула.

– Напугала? О, прости меня. Но тебе вовсе незачем за меня бояться, Нэнси, честное слово. Папа и дамы из прихода тоже часто боялись за меня, пока не поняли, что я всегда возвращаюсь целой и невредимой.

– Но я даже не знала, что вы ушли! – воскликнула Нэнси и, ухватив девочку под руку, стала поспешно спускаться с нею по склону холма. – Я не видела, как вы ушли, и никто не видел. Я уж думала, вы вылетели прямо через крышу, так и думала, так и думала!

Поллианна радостно следовала за ней вприпрыжку.

– Почти так оно и было, только я улетела не вверх, а вниз. Я спустилась по дереву.

Нэнси так и обомлела.

– Вы… что сделали?

– Спустилась по дереву, что растёт у меня за окном.

– Батюшки-светы! – ахнула Нэнси и вновь заспешила к дому. – Знать бы, что на это сказала бы ваша тётя!

– О, так я расскажу ей, и ты узнаешь, – радостно пообещала девочка.

– Помилуйте! – ахнула Нэнси. – Нет, нет!

– Неужели ей это так не понравится? – спросила Поллианна с явной тревогой в голосе.

– Нет… э… да… нет, не берите в голову. Не так уж мне хочется знать, что она скажет, – пробормотала Нэнси, полная решимости спасти Поллианну от выговора, если не от чего похуже. – Но нам лучше поторапливаться. Мне ещё посуду мыть, знаете ли.

– Я помогу, – с готовностью отозвалась Поллианна.

– О, мисс Поллианна! – протестующе воскликнула Нэнси.

С минуту они обе молчали. Небо быстро темнело. Поллианна крепче сжала руку своей новой подруги.

– И всё-таки я рада, что ты испугалась немного, ведь именно поэтому ты пришла за мной, – сказала она, дрожа.

– Бедная овечка! Вы, должно быть, ещё и проголодались. Я… Боюсь, вам придётся поесть со мной хлеба с молоком в кухне. Вашей тёте не понравилось, что вы не спустились к ужину.

– Но я не могла прийти. Я была на холме.

– Да, но она-то об этом не знала, – сухо заметила Нэнси, подавив смешок. – Мне очень жаль, что вам придётся есть хлеб с молоком, правда, жаль.

– А мне нет. Я рада.

– Рада? Чему?

– Ну, я люблю хлеб с молоком, и я совсем не против поесть с тобой. Так что мне совсем нетрудно этому радоваться.

– Вам, похоже, нетрудно радоваться чему угодно, – буркнула Нэнси. Она вспомнила отважные попытки Поллианны полюбить голую комнатку на чердаке, и у неё сжалось сердце.

Поллианна тихонько засмеялась.

– Ну, знаешь, это же игра такая.

– Игра?..

– Да, игра в радость.

– О чём это таком вы говорите?

– Ну, это игра. Меня научил играть в неё папа, и она просто замечательная, – ответила Поллианна. – Мы всё время играли в неё, ещё с тех пор, когда я была совсем маленькой. Я рассказала об игре дамам из прихода, и они тоже играли в неё – ну, некоторые из них.

– И как в неё играют? Я в играх-то не сильна, по правде сказать.

Поллианна снова засмеялась, но потом вздохнула; в сгущающихся сумерках её лицо казалось осунувшимся и погрустневшим.

– Ну, всё началось с костылей, которые мы нашли в бочке для пожертвований.

– Костылей!

– Да. Знаешь, я очень хотела куклу, и отец написал об этом дамам из прихода, но вместе с бочкой для пожертвований привезли записку от одной дамы, где говорилось, что кукол нет, но есть детские костыли. И она отправила их нам, на случай, если когда-нибудь они пригодятся кому-то из детей. Тогда-то мы и начали играть.

– Что ж, должна сказать, я не вижу в этом никакой игры, не вижу, – заявила Нэнси почти раздражённо.

– Ах, да; игра заключалась в том, чтобы всегда и во всём находить то, чему можно порадоваться, не важно, чему, – охотно продолжила Поллианна. – И мы начали с костылей.

– Вот те раз! Как по мне, тут нет повода для радости – получить пару костылей вместо куклы!

Поллианна захлопала в ладоши.

– А вот и есть, а вот и есть! – радостно закричала она, но тут же призналась: – Хотя я тоже сначала не понимала, Нэнси. Пока папа мне не подсказал.

– Так подскажите теперь вы мне. – Нэнси уже теряла терпение.