Читаем Полководец полностью

В той же газете приведены слова военкома, сказанные им своим землякам на прощание на митинге перед выступлением Никольского отряда из города. Вот эти простые слова, как бы запечатлевшие романтическое революционное кипение тех давних лет:

"...Свора империалистов со всех сторон нападает на Советскую власть. В предсмертных судорогах она все свои средства и силы отдает на борьбу с ненавистным ей большевизмом, который отнял землю у помещиков и отдал ее крестьянам, а фабрики рабочим. Момент серьезный... Но мы идем на фронт с полной уверенностью в победе и в том, что наш священный долг выполним".

Однако сразу попасть на фронт Никольскому военкому не удается и теперь. В Костромской губернии вспыхнул крупный кулацкий мятеж. Мятежники разгоняли Советы, убивали коммунистов, пытались организовывать свою, кулацкую власть.

Конев получил приказ остановить эшелон, выгрузить отряд, выступить на борьбу с этой новой опасностью.

Он пытался возражать.

- Но мы же движемся на фронт. Товарищ Фрунзе поручил мне...

- Здесь тоже фронт. Очень опасный. Нацеленный в сердце России.

- Но...

- Никаких "но", исполняйте. У вас есть опыт в подавлении кулацких восстаний.

И вот во главе своего отряда командир, уже действительно имеющий опыт боевой и политической работы, двинулся в леса Нерехтинского уезда.

Вводя его отряд в сложную борьбу в незнакомых, чужих местах, командование все-таки верно оценило способности и возможности молодого командира. Одну за другой отряд настигает и громит хорошо организованные банды и в то же время завязывает дружбу с населением. В деревнях и селах у отряда появляются друзья, направляющие его по верному следу, наводящие отряд на места бандитских стоянок, помогающие вылавливать неприятельских лазутчиков.

Боевых дел по горло. Ни дня без боя. И бои в лесном краю сложные, тяжелые. Но за всеми этими делами прирожденный воин Иван Конев не забывает, что решающие сражения за Советскую власть идут не здесь и настоящие фронты, на которых решается судьба революции, далеко от Костромских лесов.

Когда банды были разбиты, а очаги мятежных пожаров погашены, отряд Конева влился в запасной полк. Ивана Конева назначили командиром маршевой роты, и он с этой ротой направился в 3-ю армию на Восточный фронт. Там он попал в запасную артиллерийскую часть и сразу же был избран секретарем партийного комитета.

- Товарищи, но я же просил: пошлите на фронт.

- Большевик должен быть там, где он нужнее в данный момент. Укрепите партийную работу, вырастите себе крепкую замену - отпустим. Поняли?

- Слушаюсь.

За партийную работу Конев взялся с той же добросовестностью, какая отличала его всегда и во всех делах. Постепенно увлекся ею, вкладывал в нее душу. И все же рвался на фронт, и с каждой новой сводкой о боях, прочитанной в газетах, это стремление укреплялось.

БРОНЕПОЕЗД "ГРОЗНЫЙ"

И вот мечта сбылась. Партийная работа налажена. Найден человек, которому можно ее передать. Командование выполнило свое обещание. Конева направляют на фронт, назначают комиссаром бронепоезда.

Даже когда между той давней порой легло больше чем полвека - и какие полвека! - Маршал Советского Союза не мог без волнения вспоминать эти страницы своей биографии.

Обстановка тогда была самая угрожающая. Война шла сразу на нескольких фронтах. Неприятель наступал на молодую страну с запада и с юга, с севера и с востока. Белые армии были отлично вооружены, имели броневики и автотранспорт, позволявшие им легко маневрировать.

В условиях гражданской войны бронепоезда Красной Армии приобретали особенно важное значение. В острых боевых ситуациях они заменяли и артиллерию и танки. А в обороне превращались в подвижные крепостные редуты. На романтическом языке тех дней их называли ударной силой революции. Бронепоезд No 102, куда был направлен Иван Конев, на Восточном фронте считался одним из самых боевых. Помимо официального названия и номера, народная молва присвоила ему кличку "Грозный".

Укомплектованный экипажем из матросов и кадровых уральских рабочих, этот бронепоезд совершал стремительные рейды, участвовал во множестве боев, и часто его орудия говорили в боях решающее слово. В частях у "Грозного" была прочная боевая слава. Рассказы о нем часто опережали его прибытие. Неприятельское командование боялось "Грозного". Выделялись специальные отборные группы, которые охотились за ним: разбирали рельсы, взрывали стрелки, устраивали артиллерийские засады. Но "железному" экипажу бронепоезда удавалось прорываться через все препоны, и стальная махина продолжала идти на восток, иногда впереди частей наступающего красного фронта...

- Вы сразу освоили комиссарское дело? - спрашиваю Ивана Степановича.