— Во-первых, я больше не полицейский. Во-вторых, дежурный полицейский погиб. Это его убили в той машине под Драмменом. — Харри кивнул сам себе, поднял чашку с кофе и сделал глоток.

— Чтоб тебя! — Арнольд наклонился в его сторону: — А что в-третьих?

Харри подал знак Нине, чтобы она принесла счет.

— А я говорил, что есть третье?

— Ты сказал, «во-вторых», а не «а во-вторых». Как будто перечисляешь несколько пунктов.

— Н-да, придется подучить норвежский.

Арнольд склонил большую взъерошенную голову набок. И Харри увидел во взгляде коллеги вопрос: «Если ты не собираешься заниматься этим делом, то зачем рассказываешь мне все это?»

— Доедай, — велел Харри. — У меня лекция.

Солнце проскользнуло по бледному небу и мягко опустилось за горизонт, окрасив облака в оранжевый цвет.

Трульс Бернтсен сидел в машине и в ожидании наступления темноты вполуха слушал полицейскую волну. Он ждал, когда в доме над ним зажжется свет. Ждал, когда увидит ее. Всего один взгляд на Уллу — и достаточно.

Что-то творилось. Он понял это из обмена сообщениями: происходило нечто выходящее за рамки обычного, рутинного, приглушенного. Время от времени он слышал короткие резкие сообщения, как будто полицейским велели не пользоваться связью больше необходимого. И этого не говорилось, скорее, это недоговаривалось. И еще то, каким образом это недоговаривалось. Он слышал отрывистые предложения, речь в которых, без сомнения, шла о досмотрах и транспорте, но ни адреса, ни время, ни имена не назывались. Говорили, что полицейская частота в свое время была четвертой по популярности местной радиостанцией Осло, но это было до того, как ее начали кодировать. И все же сегодня вечером полицейские разговаривали так, словно ужасно боялись что-то разболтать.

Вот опять. Трульс увеличил громкость.

— Ноль-один. Дельта два-ноль. Все спокойно.

Спецподразделение «Дельта». Вооруженная операция.

Трульс достал бинокль и направил его на окно гостиной. В новом доме разглядеть ее было сложнее, мешала терраса перед гостиной. Когда они жили в старом доме, он мог стоять на пригорке и смотреть прямо в гостиную, на то, как она сидит на диване, поджав под себя ноги. Босиком. Как отводит со лба светлые локоны, будто знает, что за ней наблюдают. Она была так красива, что он мог прослезиться.

Небо над Осло-фьордом из оранжевого превратилось в красное, а потом в фиолетовое.

В ту ночь, когда он припарковался рядом с мечетью на улице Окебергвейен, небо было черным. Он вошел в Полицейское управление, повесив на шею свое удостоверение на случай, если дежурный будет его разглядывать, миновал атриум и спустился в хранилище вещдоков. Он отпер его копией ключа, которую изготовил еще три года назад, и надел на голову прибор ночного видения. Трульс стал пользоваться им после того, как включенный в хранилище свет вызвал подозрения у дежурного сотрудника охраны в тот раз, когда он производил сжигательную операцию для Асаева. Он действовал быстро: нашел по дате нужный ящик, открыл пакетик с девятимиллиметровой пулей, вынутой из головы Калснеса, и заменил ее на ту, что была у него в кармане.

Единственной странностью было возникшее у него ощущение, что в помещении он не один.

Он посмотрел на Уллу. Она тоже это ощущала? Поэтому ли она иногда отрывала взгляд от книги и смотрела в окно? Как будто за ним что-то было. Как будто что-то ее ждало.

В рации снова раздались голоса.

Он понял, о чем они говорят.

Понял, что они планируют.

Глава 25

День «Икс» медленно подходил к концу.

В рации раздавалось тихое потрескивание.

Катрина Братт повернулась на тонкой подстилке, снова подняла бинокль и навела его на дом в Бергслиа. Темно и тихо. Как и на протяжении почти всех последних суток.

Скоро что-нибудь должно случиться. Через три часа наступит новый день. Дата станет неверной.

Катрина дрожала от холода, но могло быть и хуже. Днем было почти десять градусов тепла, без осадков. Но после захода солнца температура понизилась, и Катрина начала мерзнуть, хотя была одета в зимнее белье и пуховик, который, по утверждению продавца, был «на восемьсот по американской шкале, а не по европейской, вот так-то». Продавец говорил что-то про тепло, поделенное на вес. Или про количество перьев на единицу объема? В настоящий момент единственное, чего ей хотелось, — это иметь куртку теплее, чем на восемьсот. Теплую, как мужчина, к которому можно прижаться…

В самом доме поста не было, они решили не рисковать быть замеченными по дороге внутрь или наружу. Даже во время осмотра они парковались далеко от дома и осторожно передвигались на большом расстоянии от него группами не более двух человек и обязательно в штатском.

Катрине назначили место на небольшой возвышенности в лесу Бергскуген, поодаль от места, где размещались бойцы «Дельты». Она знала их позиции, но не видела их, даже рассматривая места дислокации в бинокль. Но она знала, что там четыре снайпера, прикрывающие каждый свою сторону дома, и одиннадцать человек, готовых броситься на штурм, и им потребуется не более восьми секунд, чтобы добраться до дома.