Читаем Полигон полностью

— Эту дуру даже такая дверь не передавит, — сказал он, подсунув толстую ДСП-плиту между дверью и порогом.

Роман первым делом осмотрел дверь. Так, запирается она на выдвижной замок типа «краб». Вот на внутренней части двери рукоятка механизма, выдвигающего штыри. Роман сдвинул ее туда-сюда, оставив дверь открытой в коридор — штыри вышли наружу, потом мягко задвинулись обратно. Чистая механика, все нормально работает. Интересно… Значит, электроника только снаружи?

— Ну, я пошел? — Бен оглянулся на спутников.

И переступил порог, на миг задержав дыхание, словно собирался войти в холодную воду.

Перешагнул. Выдохнул. Огляделся. Заглянул за перегородку, потом прохромал к дальней дверце, приоткрыл ее:

— Ребята, да все чисто! И вообще, тут душ есть! Вода капает! — радостно воскликнул Бен.

— Да, прямо как в сказке, — пробурчал Роман, но все-таки перешагнул порог следом. — Только где тут аленький цветочек, который срывать нельзя, чтоб хозяин не нагрянул…

— Дверь закрывать не будем, — решил он. — На всякий случай, от греха подальше. Пусть так и остается припертой… Ну все, заходим.

Генка и Юрка ввалились, затаскивая рюкзаки.

Довольно тесное помещение — между койками расстояние было только чтоб протиснуться, а если сесть напротив друг друга, то коленками упрешься в соседа, — сразу наполнилось шумом и суетой. Помывочная кабинка в дальнем углу… Вода капала из рожка бальзамом на душу. А может, и хорошо, что открыли этот бункер?! Наконец-то смыть многодневный перепрелый пот…

— Вход караулим по очереди. Завхоз — первый, — громко объявил Роман. — Мыться — тоже по очереди. И я первый!

— Да в этот шкаф, именуемый душевой, все равно больше одного человека враз не поместится, — ответил Бен, тяжело брякнувшись на койку.

Генка уронил на пол рюкзак и повалился на соседнюю. И закрыл глаза. А на предложение «идти мыться следующим» только невнятно промычал в ответ.

Что вариться сейчас у Ежа в голове — кто ж знает, мелькнуло у Романа. По логике вещей, он должен бы локти кусать и по стенам бегать от обиды и разочарования, потому что вместо операторского центра сталкерской сети, или чего-нибудь еще жутко секретного, за дверью оказался всего-навсего жилой бункер. Но Ёж не кусает и не бегает. И даже не бросился обшаривать закоулки в поисках хоть чего-нибудь — набитых секретами бумаг или чужого КПК… То ли крайняя усталость приглушила эмоции и придавила его неуемное любопытство, то ли Генка разом, моментально выгорел, и даже не скатился — а рухнул в тяжелую депрессию? Из которой его потом замучаешься вытаскивать…

Ладно. Сначала раздеваться, мыться и отдыхать, потом взламывать решетку и освобождать выход наверх, а уж в третью очередь займемся психологическими проблемами, решил Роман.

Шорох снаружи. В коридоре явно кто-то был — но это заметили слишком поздно. Но, черт возьми, как же его проглядели?! Ведь осмотрели все, все помещения!

Тихий звук движения — острожные, хотя и не крадущиеся, а просто спокойные, неторопливые шаги, шорох одежды, дыхание…

В то мгновение Роман сидел нагнувшись, расшнуровывал свои берцы, и смотрел, естественно, вниз. В этом положении он и уловил звук движения.

Прежде чем поднять голову, Роман непроизвольно скользнул взглядом вперед, и уперся в чьи-то ботинки. В фирменные и дорогие туристические ботинки. Это кем же надо быть, чтоб топтать Зону в таких ботинках?

Сердце ёкнуло — а где, спрашивается, часовой Завхоз?! Он-то куда смотрит?! Облажался, проворонил гостя… Или этот гость Юрку сумел отключить — мгновенно и беззвучно? Что это за гость?! Друзей тут ожидать не приходится…

В проеме приоткрытой двери стоял человек.

Владелец ботинок переступил с ноги на ногу. Держался при этом он до того по-хозяйски, основательно и уверенно, без каких бы то ни было резких движений, так что всякие мысли о том, что этот гость может напасть, увяли сами собой.

Ну не будет он нападать. Хотя бы потому, что если бы собирался — то напал бы уже давно. А не стоял бы и не ждал, пока его заметят. И никакой он не гость, вдруг озарило Романа, это мы у него гости. А он — он здесь хозяин.

А с Завхозом, кстати, ничего не случилось. Вон он — возле кухонной перегородки стоит с «калашом» наперевес. И вид у него такой, словно этот гость здесь — начальник караула, и именно его следует везде пропускать беспрекословно.