Читаем Полигон полностью

Пожилая дама-нотариус, сухощавая, с неприятным резким голосом, была Вадиму незнакома — ни в лицо, ни по фамилии, хотя отец общался почти со всеми представителями юридических кругов в городе. Бен нарочно выбрал именно ее, чтоб от этой дамы наверняка ничего не дошло до отца. Незачем ему знать вообще ничего… Уехал сын — ну, и уехал. А Светке пришлось хотя бы частично, но объяснить. Потому, что иначе не удалось бы ввести ее в курс дела. Объяснить, а потом стремительно и резко давить в зародыше ее истерику — «Как это? Почему? Куда это ты едешь, раз можешь там погибнуть?» Еле удалось утихомирить девушку, а потом заставить ее дочитать текст завещания до конца. А потом заставить слушать и запоминать — что она должна делать, если в течение полугода о нем не будет никаких известий. И на всякий случай — кто еще может быть в курсе вадимовой судьбы. И визитка Шепелева. Честно говоря, насчет последнего Бен колебался — но ведь про Светку Шепелев все равно знает… Лучше уж пусть и она не остается в неведении.

От нотариуса они вышли молча, оба хмурые и угрюмые. Светка была на грани истерики, казалось — она вот-вот рванет с места в карьер, бежать неведомо куда и размазывать по лицу слезы. Но Бен крепко держал ее за руку — наверняка потом останутся синяки, но сейчас не до подобных мелочей. Потом поддел под локоть и повел, а скорее уж — потащил пешком, отмахнувшись от Ромки, ожидающего их на улице возле машины. Хотя тот и так понял… Нагнал их три остановки спустя, когда немного успокоившаяся Светка уже перестала вырываться и всхлипывать. «Да не грузись ты раньше времени, — грубовато бросил он. — Что у вас, баб, за манера — загодя хоронить?!» Ну не умел он успокаивать женщин…

Тогда они отвезли Светку домой, Бен поднялся с ней в квартиру, но разговора не получилось. Не получилось его и в следующее воскресенье; их традиционное свидание, уже ставшее за зиму «дежурным», в тот раз как никогда было тягостным для них обоих. Светка устала спрашивать, Бен устал отмалчиваться. Тогда, словно в качестве извинения за все ее прежние оставшиеся без ответов вопросы, он сказал только одно — «Мы с Ромкой едем в Зону». Девушка угрюмо скуксилась и обронила только «Ну вот…» Они скомкано распрощались, а через несколько дней Бен уехал.

А может быть, так лучше? До сих пор о походе знали только те, кого Бен не считал своими сторонниками. Не лучше ли узнать хотя бы кому-то, стоящему на его стороне? Так, на всякий случай… Наверно, секретность не сильно от этого пострадает…

…Тем временем ходоки миновали покосившийся павильончик автобусной остановки с разросшимся посередине кустом; слева остались железобетонные коробки какого-то разрушенного «промобъекта». Порывы сырого ветра то и дело доносили то невнятные подвывания, то глухие хлопки.

— Да собаки, — равнодушно и лениво пояснил проводник. — Опять какая-то тварь в «плешку» влетела.

Бен крутил головой по сторонам — все было внове, все любопытно, но ни справа, ни слева в пределах видимости ничего интересного не происходило, а впереди обзор загораживала широкая спина дяди Геры.

Вдруг очередной порыв ветра донес обрывки человеческой речи.

— Слышали?! — встрепенулся Бен.

— Блокпост впереди, — проводник обернулся к ведомым. — Вот и дотопали.

Навстречу вышел упакованный в защитный комбез сержант.

— Привет, дядь Гер!

— Виделись уже сегодня…

— А это что за туристы с тобой? — сержант недоверчиво смерил взглядом спутников сталкера.

— Туристы? — усмехнулся дядя Гера. — Ты фотки распечатанные достань и увидишь, что это за туристы. Уговор насчет «коридора» был. Ты вроде должен знать.

— Сергачев! — донеслось из-за преграждающей путь ржавой трубы полутораметрового диаметра. — Что там такое?

К сержанту подтянулся старлей — видимо, начальник поста. Увидев Ромку и Бена, он придирчиво вгляделся в их лица, потом сверился с мятой распечаткой, которую вытащил из кармана.

— Проходите, товарищ капитан. Вас ожидают, — козырнул старлей и кивнул в сторону вышедшей из-под маскировочного тента невысокой коренастой фигуры.

Ромка прошел вперед. Бен, которому по-прежнему было немного странновато величать друга офицерским званием, слегка фыркнув, гордо протопал мимо военных. И остановился в паре шагов перед незнакомцем, протянувшем Ромке ладонь для рукопожатия:

— Приветствую! Капитан Грищук.

Грищук выглядел постарше Ромки лет на пять-семь. Крепкий, костистый и широкоплечий. Но, отметил про себя Бен, вид капитан Грищук имел несколько карикатурный, словно гипертрофированный вояка из комикса. Его торс в громоздкой разгрузке казался прямо-таки квадратным, а стянутые берцами лодыжки — слишком тонкими по контрасту с массивным верхом.

— Ну, раз мы оба капитаны, то можно просто Василий, — он тряхнул ромкину ладонь.

— Здравствуйте… Я — Роман Фадеев. Командиром группы назначен я. Хотя, похоже, заочно мы уже знакомы? — Ромка посторонился и пропустил вперед Бена, давая тому возможность соблюсти привычный ритуал вежливости.