Читаем Полигон полностью

Он раскрыл кожаную папку и достал из нее лист желтоватой бумаги со штемпелями и печатью.

— Вообще-то повестка для тебя есть. Вот, — он показал Бену бумажку через стол.

Бен округлившимися глазами прочитал свои имя и фамилию.

— Могу прямо сейчас тебе отдать, — ровным голосом сказал бесцветный. — А могу обратно в папочку положить. Про свой «белый билет» хочешь мне напомнить? Ничего, еще раз пройдешь обследование в нашей ведомственной клинике, и я уверен, ни один диагноз не подтвердится. Так ведь?

До Бена постепенно стало доходило… А когда дошло — то его тряхнула дрожь.

— Вадим, нашей науке очень нужны те материалы, — продолжил Шепелев. — Мы будем пытаться добыть их снова и снова. Уже испробовано несколько способов защитить посланника от излучения. Делали разные модификации шлемов… К сожалению, они оказались малоэффективными — у наших ученых слишком мало данных. И совсем не было образца, с которого можно снять параметры невосприимчивости.

— Намекаете на то, что если я не соглашусь идти в Зону, то сделаете из меня подопытного кролика?

А ведь могут… Похитят, и с концами. И никто не найдет. И отец, сколько бы шуму не поднимал, против них ничего не сделает. Или вообще… Инсценируют гибель, и все. Например, якобы машина сбила. Все будут считать Бена покойником…

Шепелев молчал, а в его взгляде явно читалось: «Ну, ты же умный парень; вот видишь — сам все прекрасно понял».

— Вадим, как показывает мой немалый опыт — добровольное и взаимовыгодное сотрудничество намного эффективней принуждения. Поэтому я рассчитываю, что мы с тобой сможем договориться по-хорошему. Тем более что твоя работа будет хорошо оплачена. Согласись, лучше добровольно поработать и получить достойное вознаграждение, чем бесплатно выполнять приказ?

— Чтобы выполнить работу, надо уметь ее делать! А я не умею! — с отчаянием выпалил Бен.

— Так научишься! — обрадованно отозвался Шепелев. Видимо, воспринял реплику Бена как согласие. — У нас в запасе несколько месяцев. Зимой тебя никто в поход не отправит, незачем еще более повышать и без того высокий риск.

«Ага, только вы не о том печетесь, чтоб я задницу не отморозил», — подумал Бен. — «Просто бережете ценный экземпляр. А то один загнется в сугробе — другой такой же нескоро найдете».

— Можем прямо сейчас обсудить размеры вознаграждения, — Шепелев решил сделать широкий жест.

Бен под столом сжал кулаки, вцепившись ногтями в ладони. Страшно, черт побери… Не в Зону идти страшно; до Зоны еще — как до Китая ползком; а пока еще страшно даже выговорить, что он хочет больше всего за выполнение этой миссии. Сейчас как осадят его да ткнут повесткой в нос… Эх, была — не была, наглость — второе счастье!

Бен собрался с духом и выпалил:

— Квартиру! И чтоб совсем моя была, на меня записанная!

Наниматели переглянулись. На лице у Шепелева отразилось немалое удивление. А Бен решил немного понизить уровень своей наглости, пока еще его не щелкнули по носу, и добавил:

— Пусть не новую, пусть панельку или хрущевку, только чтоб моя была! Мне и однокомнатной за глаза хватит; ну, хотя бы комнату в изолированной… Чтоб я мог там жить, как мне нравится!

Шепелев помолчал. Обернувшись к собеседнику, вопросительно поднял брови. Тот в ответ ехидно усмехался, покачивая головой. Повисла тягучая пауза.

— Ну, а почему бы и нет? — наконец сказал Шепелев.

— Только чтоб все документы оформить до моего отъезда в Зону! — опять пошел в наступление Бен, сам удивляясь собственной наглости.

А то еще кинут, чего доброго… Пообещать-то что угодно можно! Но Шепелев, как ни странно, не выказал ни малейших признаков недовольства. Наоборот, согласно кивнул:

— Разумеется! Времени у нас достаточно, и вариант подходящий подберем, и документы оформим… До наступления тепла еще минимум пять месяцев. И мы их потратим с пользой… Ты поедешь на тренировочную базу оперотряда.

— А как же институт?

— Оформишь академический отпуск. Прямо завтра пойдешь и отнесешь заявление, я обо всем договорюсь, вопрос решим быстро.

— А что я скажу родителям?! Отец же меня сожрет, когда узнает, что я учебу бросил!

— Жить будешь на базе. В принципе, это не суровая необходимость, она находится не слишком далеко, на окраине города и туда ходит городской транспорт, но… Во-первых, никуда не таскаться — это ведь удобней? А во-вторых, неужели ты предпочтешь во время тренировок жить с родителями?! На базе есть общежитие, столовая… А родителям можешь сказать, например, что нашел работу и снял жилье… Причем во время тренировок будешь получать некую… хм… скажем так, стипендию. Или денежное довольствие, назови как нравится. Хотя деньги-то тебе особо и не понадобятся; быт на базе организован неплохо.

— И, конечно же, я не должен никому ничего говорить?

— Это — основной пункт нашего с тобой договора.

— И даже Светке?! Уж она-то в момент просечет, что никакого жилья я не снимал!

— А ей можешь сказать часть правды, — разрешил Шепелев. — Наверняка ведь она уже в курсе, кто тебя ангажировал на работу? Вот и скажи в самых общих чертах, что едешь на тренировочную базу. А зачем — ни-ни! Иначе не видать тебе квартиры, как своих ушей!