— Как ни странно, — он усмехнулся, — но разъезды по всей стране и общение с морскими обитателями почему-то не вызывают энтузиазма у представительниц прекрасного пола. Поэтому по возможности я предпочитаю собственную компанию.

Джун вспомнила его теплые слова о женщинах, которые умели молча сидеть с ним рядом. Но сейчас ей молчать не хотелось, тем более что Бретт, кажется, разговорился.

— Вы сказали как-то, что рано лишились матери и остались с отцом. И больше всего на свете любили море. Почему? Вы не ладили с отцом? Он был с вами груб?

— Да нет, я бы так не сказал. Скорее он подавлял меня своей категоричностью и постоянными окриками. Послушайте, Джун, не смотрите на меня так. Я был крепким пареньком, и я выжил.

Она отвела взгляд и на мгновение отвернулась от Бретта, чтобы справиться со своими чувствами.

— К тому же не все было тогда безнадежно плохо, — продолжал Бретт. — В девять лет я купил за несколько больших раковин маску для подводного плавания и стал копить на трубку для акваланга. Мир под водой был фантастическим, загадочным и таким глубоким, что туда не доходили крики моего отца. А в тринадцать, обманув комиссию, — я выглядел старше своих лет, — я получил сертификат на плавание под водой со специальной аппаратурой. Тогда-то я впервые почувствовал себя частью подводного мира. Теперь мне, как и рыбам, не нужно было подниматься на поверхность, чтобы вдохнуть воздуха.

— А что было потом? — спросила Джун.

По тому, как удивленно взглянул на нее Бретт, она поняла: вопрос ее прозвучал слишком взволнованно.

— А почему вы хотите это знать?

— Просто хочу, и все. — Она прибегла к тактике, которую накануне использовал Бретт: терпеливо ждала, пока он продолжит свой рассказ.

— В семнадцать я оставил дом. Привычка к одиночеству уже тогда вошла в мою душу, вошла и осталась до сих пор. И тогда же я понял, что не смогу уехать из этих мест. Потому что не найду себе применения ни в каком другом деле. Только это — мое… призвание. — Бретт усмехнулся собственной высокопарности. — Теперь я был сам себе хозяин. Как я уже говорил вам, я отлавливал и продавал в зоопарки, дельфинарии, парки все, что мог найти на дне океана. А затем мне предложили работу в «Пасифик Уорлд». Им нужен был человек, чтобы кормить дельфинов, устанавливать в бассейнах всякие устройства, демонстрировать посетителям подводные богатства океана — словом, мастер на все руки. Поначалу меня все это очень увлекло. Ну а потом… Что случилось потом, вы уже знаете. И знаете, вероятно, больше, чем кто-либо другой.

Джун не могла не улыбнуться.

— Настойчивость иногда вознаграждается.

— Для меня достаточно красоты и любопытства.

Они помолчали.

— Ну и когда вы возвращаетесь обратно, миз Джун?

— Через пару дней. — Теперь она внимательно наблюдала за Бреттом. — Все еще стараетесь избавиться от меня?

— Неважно, чего я хочу. Если вы помните, я хотел, чтобы вы оставили меня наедине с Найси, а теперь вы будете спать через стенку от меня.

Джун зарделась. Она взглянула на Бретта, но на его лице было спокойное, ни о чем не говорящее выражение.

— Я так и не получила ответа на свой вопрос: вы все еще хотите, чтобы я не путалась у вас под ногами?

— Через несколько дней вы вернетесь к своей жизни, к своему «мерседесу», к своим друзьям и к своим делам. Я наконец выпущу на свободу Найси, загляну ненадолго домой и затем отправлюсь в другой парк, к другим дельфинам.

Он не ответил прямо на вопрос, но, может быть, именно таким образом он давал ей понять, что не возражает против ее присутствия? А в остальном он прав: скоро она уедет и они никогда больше не встретятся.

При этой мысли у Джун пересохло в горле, и она сделала глоток из бутылки.

— Сейчас мне трудно поверить, что я могла бы остаться дома и никогда не узнала бы, что существует такое место, как это. — И такой человек, как Бретт, мысленно закончила она.

— Это только одно из немногих прекрасных мест на земле. Бьюсь об заклад, вы слишком заняты и редко позволяете себе брать отпуск больше, чем на неделю.

Джун улыбнулась.

— Так оно и есть.

— Как мне представляется, в этом-то и состоит ваша проблема. Вы много работаете, чтобы позволить себе приобретать всякие красивые вещи. Получив желаемое, вы хотите иметь еще больше, поэтому работаете еще активнее, и очень скоро у вас не останется времени, чтобы насладиться тем, за что вы платите такую высокую цену.

— Может быть, не все хотят быть мучениками, — отшутилась Джун.

Бретт рассмеялся.

— Вы имеете в виду меня?

Джун смутилась.

— Ну, не вас лично…

— Вам трудно понять, что кто-то может не стремиться к успеху, а просто жить, сообразуясь с желанием своего сердца, с потребностями собственной натуры?

Джун на мгновение прикусила губу.

— Хм, пожалуй.

— Это потому, что вы и я — из разных миров. — Бретт встал. — Пойдемте, миз Джун. Я покажу вам вашу подвесную койку.

Она выбралась из шезлонга и послушно направилась вслед за ним.

— Вы… вы сказали — подвесную койку?

6