Читаем Поклонница полностью

– Держи! – Тони протянул мне один из стаканов с виски со льдом. Я поморщилась, не очень любила его. Но освободившаяся рука Тони, которой он обнял меня за талию, все компенсировала. – Давай! – закричал он парню на быке, и тот в ту же секунду свалился. Раздались оглушительные вопли и смех. Кто-то по соседству подтолкнул Тони локтем и подмигнул. Я не поняла, чему они рассмеялись. Но общая атмосфера веселья передалась и мне.

Какая-то смелая девушка вошла на ринг, и мужская половина бара разразилась еще более громкими криками. Не прошло и минуты, как я уже хлопала вместе со всеми в ладоши и кричала:

– Держись! Держись! Держись!

И она держалась. А когда, измученная, соскользнула с быка, ее подхватил на руки какой-то мужчина и поцеловал так, что мне стало жарко, а кто-то пронзительно свистнул.

– Это моя жена! – заорал он, и они оба, раскланиваясь, вышли с ринга.

Я не знаю, сколько мы провели там времени. Мы то наблюдали за родео, то сидели за столиком. Разговаривать в этом шуме было невозможно. Но отчего-то впервые я почувствовала, что мы с Тони стали ближе. Может, потому, что он часто приобнимал меня за талию, причем делал это так легко и естественно, будто мы встречаемся уже не один месяц. А может, потому, что за столиком он сидел не напротив, как обычно, а рядом, и я чувствовала его ногу своей ногой.

Наконец мы вышли из переполненного бара, смеясь и держась за руки.

– Это было безумие! Видела этого парня?

– Ничего подобного не видела раньше! Бедолага упал сколько? Раз десять?

Но чем дальше мы шли в прохладе наступившей ночи по пустынной улице, тем яснее я ощущала свою руку в его ладони. Мне нравилось, как крепко он меня держит. Шум баров и улиц остался где-то позади. Легкий ветер остужал щеки. Я чувствовала, как меня бьет мелкой дрожью. То ли из-за прохлады вечера, то ли из-за волнения. Сейчас яснее, чем когда-либо прежде, я ощущала, что влюблена, что просто обожаю мужчину, который идет рядом со мной. Что мне нравится в нем решительно все. И даже его собака, которая никак не хочет полюбить меня. Когда я была в России, то даже в самых смелых мечтах не представляла себе все так.

Мы шли все дальше от баров в сторону океана. Я почти слышала его шум. Вдруг Тони остановился и развернул меня к себе. Он пристально посмотрел мне в глаза. Потом поднял голову вверх и улыбнулся. Я повторила его жест – над нами качались ветви большого раскидистого дерева, – но не поняла, что вызвало его улыбку. А когда опустила голову, Тони снова смотрел на меня.

– Здесь… это идеальное место. И ты тоже, – тихо сказал он, приближаясь ко мне.

Через мгновение я почувствовала его губы на своих. Это был не робкий первый поцелуй влюбленных, а горячий, решительный, почти отчаянный. Меня окутал запах виски, сигаретного дыма, которым пропахла его футболка, и туалетной воды. Голова пошла кругом, когда он положил руку мне на затылок, удерживая меня, приближая к себе.

Мне казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он отпустил меня. Если и до этого мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, то теперь оно беспорядочно билось о ребра, не в силах успокоиться.

Тони внимательно посмотрел на меня:

– Идем.

Он потянул меня за собой, и мы быстро пошли, держась за руки, в сторону океана. Вскоре мы вышли на пляж, но Тони не остановился. Казалось, у него есть конкретная цель. И вскоре мои догадки подтвердились.

Тони потащил меня за руку к спасательной будке. Я испугалась, что это запрещено, но он крепко держал меня, и мы поднялись по деревянным ступеням наверх.

Мы сели на деревянную площадку и смотрели на океан, освещаемый луной и звездами. Где-то далеко справа застыл парк аттракционов. Я дышала полной грудью и чувствовала себя невероятно счастливой. Тони по-прежнему не выпускал моей руки, он положил ее себе на колени, и я старалась не думать о том, что может случиться здесь или дома. На губах горел поцелуй. Я чувствовала его до сих пор. И хотела, чтобы это повторилось. Хотела снова ощутить те уверенность и желание, с какими он целовал меня, страстно, почти грубо. Никаких невинных жестов. Его язык не то чтобы ласкал мой рот, скорее изучал и пробовал меня на вкус, и, черт побери, я хотела ощутить это еще раз. Даже сама мысль о его губах вызывала у меня нетерпеливое желание.

Как это будет? Не здесь ведь, нет? В его спальне на черных простынях? В моей спальне на кремовых? Или мы не успеем добраться до кровати?

– Улиана. – Голос Тони вывел меня из размышлений. Он никогда не называл меня моим русским именем. И я догадалась, что он хочет сказать что-то важное. – Я счастлив, что ты со мной. Я рад, что ты приехала. И мне нравится твое соседство в моем доме.

– Я тоже счастлива жить с тобой в одном доме, – улыбнулась я.

Тони помедлил, я была уверена, что он хочет еще что-то сказать, но он лишь притянул меня к себе, обнимая за плечи. Моя рука, оставшись без тепла его пальцев, стремилась согреться.

– Тебе холодно?

– Немного.

– Мы можем поехать домой.