Астахов Константин

Пока есть надежда (рабочий файл)

Весьма трудно управлять, если делать это добросовестно. В каждом большом деле всегда приходится какую-то часть оставить на долю случая, и это всегда будет на твоей совести.

Тихий вечер

... Рев тяжелых геликоптеров, утюживших дорогу на Сан-Бонифатио, отвлекал от работы. Тупые штабные крысы. Привыкли себе сидеть по бункерам за своими компутаторами-рехнерами! Неужели не понятно, что при таких дорогах, при почти полностью выбитом тыле, не надо ломать фланги Солсбери, не надо ждать разворота 2-го Королевского десантного корпуса Royal Navy на Болонью и Равенну, на Триест или, упаси нас егеря маршала Суворова, на Иннсбрук! Они пойдут сюда - на Верону, а дальше - на Милан. Бац - и альпийский домен отрезан от "сапога" сплошной мобильной обороной двух бригад, в каждой из которой - полнокомплектный артдивизион, ночная вертолетная эскадрилья и ракетная батарея одна на двоих. С дальностью стрельбы аж 300 километров. Это кажется, что мало - но здесь же не Россия, где от Воронежа до Москвы целый час лету на "Пингвине", здесь Италия! Сердце Европы! Ширина "сапога" в самом широком месте - всего пара сотен километров. Поднимется один высотный разведчик с "грибом" на спине - и русские базы в Неаполе, Бари и Калабрии отрезаны по материку, как сейчас Авьяно, наглухо. Только "дороги жизни" в этом некогда райском уголке, родине европейской цивилизации, нам для полного счастья и не хватало.

Разумеется, выкладывать все это дежурному оперцентра Адриатического фронта генерал-майор Наполеоне Буонапарте, НШ 14-го Добровольческого Средиземноморского корпуса, а вернее, того, что от этого корпуса оставалось сейчас за его спиной в Кальдиеро и Зевио, не собирался. Он просто потянул из-под тепломаскировочного дорожного "лешака", закрывавшего прибившийся к нему БРДМ "Паук" внешнего дозора, русский ночной бинокль "Филин-87", 1787 года выпуска, Императорского Санкт-Петербургского оптико-механического завода имени Ломоносова. Говорят, что это первый завод, где у русских руководство было полностью "третье сословие" и выпускники общевойсковых офицерских училищ. Да плевать! Он, маленький Наполеоне, как звала его Полина, тоже не король Фридрих, а вот себе генерал, и сам Шереметьев, академик de militari e natural scienses академии морду свою дворянскую умную от него не воротит!

Полина, любимая сестренка Полина, пережившая Катастрофу, пережившая Ночь Пепла, но погибшая от этих чертовых объемно-зажигательных бомб во время британского налета на Сардинию, на руках русской медсестры...

От этих грустных мыслей, шедших фоновым потоком позади процесса рекогносцировки и занесения на электронную карту подступов к поселку сельского типа Арколе, довоенное население 8 тысяч жителей, его оторвал нарастающий вой, падающий сверху. Тело сработало рефлексно, он сам не помнил, как брюхо "Паука" оказалось над ним. Тугая волна воздуха хлестнула по ушам, срывая гарнитуру, втянувшуюся на пружинном проводе в карман бронеразгрузки.

За первым снарядом последовал второй, третий... Перекатившись из-под БРДМа за насыпь, укрывавшую ложный блиндаж - текущую цель налета, по траншее, укрепленной отделанными "под зеленку" плитами ЖБУ, он перебежал, а вернее - перелетел в блиндаж настоящий - уцелевший подвал бывшей церкви Сен-Катрин-де-Форнетто, перекрытый сверху на местности объемно-графической масксетью. "Настоящая" церковь на картах бриттов, сделанных еще до Катастрофы, усилиями незаметных русских "короедов", взламывавших за час любой компутатор, переместилась в поселок Форнетто на пару километров к западу. Запищала гарнитура.

- Гном, Гном, я Циклоп, сейчас пойдут гончие верхом, они готовы. У них 3 ворона и стрекоза со шпильками и гвоздодером, готовьтесь! Не пускайте их на мост, любой ценой! Под ним самый прочный грунт для прогулки, слышите? Прием доложить!

- Циклоп, я Гном, принято встретить гончих, на мост не пускать, готовим наших медведей для веселой охоты, прием выполнен!

... Перед мостом чадил БРДМ британского головного дозора, за ним, на восточном берегу Альпоны, коптили небо останки походной колонны. Выскочивший из этого хаоса FB-511 "Black Raven" с огромными плоскостями, по 8 точек подвески на каждой, явно собирался прогуляться над позициями 1-го батальона, носившего гордое название "гвардейский полк" только по причине наличия знамени и, как не без задней мысли полагал генерал-майор, по причине наличия его самого. Он своих в обиду не даст.

Генерал поднял "Филина". Хотя сейчас был день, русская техника вполне себе погасила фоновую засветку от низких облаков, и под крыльями "Черного ворона" неожиданно вспыхнула пара ослепительных шаров, разливавших радугу по экрану.