Читаем Поймать девианта полностью

— Но, если дело обстоит именно так…. получается, личность жертвы значения не имеет?

— Никакого. Поэтому мы так и не нашли между ними связей. Главное — место, где найдут очередную фигурку. И станет ясно, какой ход сделан.

— Может, ты еще знаешь какая партия разыгрывается? — тут отмер уже и Костенко.

— Знаю, да это и не сложно. Знаменитая партия Авербах-Котов, Цюрихский турнир 1953 года. Пожалуй, самая красивая жертва ферзя за всю историю шахмат!

— Вот ты нашла чем восхищаться! У нас количество жертв за два десятка перевалило, а ты о красоте!

— Так я о красоте партии, а не действий этих ублюдков, способных загадить даже святое!

— Так, стоп! — пришел в себя уже и Рос. — Василиса, так как, по-твоему, развивалась эта… игра?

— Белая пешка — неопознанный бомж. Черный конь — гастарбайтер Габдрашитов. Белая пешка — студентка Локтионова. Черная пешка — алкаш Панкратов. Белый конь — продавщица Ульманова. Черный конь — наркоман Мазин. Белый конь — пенсионерка Харченко. Черная пешка — командировочный Винников. Белая пешка — школьник Древич. Черный слон — инвалид Боровой. Белый слон — кассирша Викентьева. Рокировка черных в короткую сторону — медсестра Тарасова и ее пудель. Рокировка белых в короткую сторону — домохозяйка Панарина и ее левретка. Черная пешка — курьер Есипов. Ферзь белых — школьница Ольховская. Ладья черных — сильно нетрезвый хозяин магазина Орешкин. Ладья белых — не найдена. Черный слон — бомж Фирсов. Ладья белых — учительница химии Шишкина. Черная пешка — сантехник Саблин. Ну как? Никто никаких тенденций не усматривает?

— Кажется, я понял твою мысль, Премудрая, — медленно протянул Зимин. — Они ищут слабых. Которых можно быстро и легко завалить.

— Причем, заметьте, жертвы играющего белыми самые беззащитные. Единственный мужчина в его списке и тот двенадцатилетний школьник. А вот игрок черными спокойно покушается и на могущих дать отпор представителей мужского пола.

— А почему отсутствует белая ладья? — подозрительно уточнил Костенко.

— Есть у меня на сей счет одна мысль, но это позже. А пока… посмотрите на схему партии: следующим должен быть ход белой пешки. Это район Моховой улицы. Значит, появление очередного трупа мы сможем предотвратить.

К полковнику Поливанову Рос шел с тяжелым сердцем. Не было у него уверенности, что к нему, вернее, к васиным выкладкам прислушаются. Потому что перекрывать пространство Моховой камерами и сотрудниками под прикрытием придется не на пять минут. И не на пять часов. И, возможно, даже не на пять дней. И проделать все это, а потом ничего не получить на выходе… он поежился. Есть шанс присоединиться к тем, кто кукует нынче на пенсии. Чего абсолютно не хочется. А уж если он за собой туда утянет и начальство… н-да, не смешно.

Но пока он бился о нежелание Леонида Елисеевича подставляться и рисковать, ему позвонили из дежурной части. В районе Моховой обнаружили новую жертву Гроссмейстера с белой пешкой в кармане. Именно там, где предсказала Вася.

Как ни прискорбно, но только после этого удалось пробиться сквозь поливановское недоверие. И постараться приготовиться к предотвращению следующего хода, которым должен стать прыжок черного коня в район Никитского бульвара.

И пока неповоротливая бюрократическая машина раскручивалась, определяя кто именно и как будет блокировать место вероятного следующего убийства, Рос согнал свою троицу и потребовал у Васи объяснить ему две вещи.

— Первое: почему отсутствует белая ладья там, где она, по-твоему, должна быть?

— У меня есть одно предположение… возможно, чересчур смелое… но зато все объясняющее. Я думаю, что играющий белыми так… пошутил.

— Что он сделал?!!!

— Ну… подал знак, что ему известна не просто личность соперника, а и места его пребывания. Поэтому он оставил труп с фигуркой там, где игрок черными либо живет, либо работает, ну, или постоянно бывает. Расчет был на то, что он должен был его обнаружить первым и задергаться. И чтоб мы его самого не заподозрили, ему пришлось бы либо перемещать труп, что опасно, либо обыскать тело и самому забрать белую ладью.

Девиантность точно заразна, ошеломленно подумал Рос. Сначала Зимин, теперь Вася. Интересно, сам-то он сумеет остаться в здравом уме до окончания столь пикантного поручения начальства?

— Лихо! — аж присвистнул Костенко. — Только нам-то это как поможет определить жертву?

— Придется действовать от противного. Раньше мы находили труп с фигуркой и пытались «вписать» фигурку в рамки разыгрываемой партии, а теперь нам придется поступить наоборот, перерыть все трупы за нужный период в нужной «клетке» и понять, который из них относится к этой серии. И нужен нам.

Говорить, что лично ему никакой труп не нужен, Рос не стал, это было бы пустым сотрясением воздуха. Но с интересом наблюдал, как его команда, ну да, теперь уже точно команда, с упоением перерывает все протоколы обнаружения тел и яростно спорит по поводу того, подходит это под васину теорию, или нет.