Читаем Пограничник (том 2) полностью

Илона молчала, лишь тяжело задышала.

— Вот-вот, я думаю о том же. Я должен, опираясь на новые знания, спасти человечество от угрозы Степи. Возможно, подготовить его к какой-то другой, более суровой угрозе, что нас ждёт впереди. Но лично я считаю, что просто настала пора возродить Древнюю Империю, бездарно просранную нашими дальними предками.

— Да, Илона! — заорал я, вновь подаваясь вперёд. — Я должен стать императором! Вернувшимся из тени веков новым императором-возродителем! Меня не спросили, я просто должен! Понимаешь? И во мне — королевская кровь, я не fraer какой-то — богородица знала, кого послать! Это ты своим тупым умишкой понимаешь?

Ноги её подкосились, и она начала оседать на пол.

— Наше отличие в том, что даже если у меня не получится — я всё равно буду драться, — зло продолжил я. — . Рвать когтями, зубами, сожгу себя своим даром до уголька. И умру сражаясь. А вот ты — сдалась! Лапки кверху: «Я маленькая и слабая, я вчерашняя рабыня и не хочу расти! Пожалейте меня сиротку, я одна осталась, без бока мамочки!» Так, Илон?

Мог бы не спрашивать.

— Мне не нужна такая ближница и помощница. Мне не нужна такая сестра. Мне нужен человек, который сможет потянуть бремя, возложенное на нашу семью и наше графство высшими силами. Мне нужна сестра-борец! Сестра-принцесса! Достойная дочь королей, сама способная сесть на трон предков, просто дальность от трона мешает это сделать.

— Мне нужна КОРОЛЕВА, мать твою! Та, в чьих жилах течёт честь. Достоинство. Самоуважение. Та, кто способен подставить плечо брату, который должен стать императором. А я вижу перед собой глупую холопку, которую языками поносят поварихи и подавальщицы.

— Брат, что я должна сделать? — прошептала она. Но в Малой обеденной было тихо, её все услышали.

— Для начала встань. Поднимись! — приказал я, и она тут же вскочила.

Я сам встал, обошёл её и принялся расшнуровывать платье сзади.

— Ой! — вскрикнула она и схватилась за лиф.

— Стоять! Терпеть! — рявкнул я — время сантиментов кончилось. Послушалась. Парни у стен засопели — эротики и порнофильмов в этом мире пока не придумали, а я собирался оголить женское тело.

Решил не рвать и не резать шнуровку, аккуратно развязал, хотя потребовалось около пяти минуть. Зато потом резко дёрнул платье, освобождая плечи.

— Ой! Рикардо, что ты делаешь!

— Раздевайся! — снова безапелляционно рявкнул я и отошёл к стулу. Садиться не стал, встал рядом и положил ладонь на спинку. На плечи же Тита легли две руки его товарищей, стоящих справа и слева, ибо отрок дёрнулся — спасать любовницу. Но пока в рамках приличия, чтобы это «заметить» и принять меры с моей стороны.

— Брат, но как я это сделаю… При НИХ!!! — ужас в глазах.

— Они — самые доверенные мои люди. — Я был само спокойствие. — Моя вторая семья. БЕГОМ! — Конец кнута упал на пол. Я картинно взмахнул и хлестанул — пока в сторону. Но кончик, идущий на сверхзвуке, неприятно клацнул — Илона вздрогнула, а Тита сжали ещё сильнее, блокируя руки.

— З-зачем! Почему!

— Потому, что я так сказал. БЫСТРО!!!

Она заревела, и, зарёванная, в ужасе глядя то на меня, то на кнут в моей руке, принялась стаскивать с себя платье.

Панталоны тут уже изобрели. И вновь не знаю, сами или помогал кто. Но носили их отнюдь не все. Нет, когда зима и холодно — попробуй без исподнего щеголять! Но сейчас лето, жарко, мы на Юге. А вот до трусов местная текстильная промышленность пока не доросла.

В общем, платье упало на пол. Илона стояла в нём, одной рукой пытаясь прикрыть груди, другой промежность. Наверное, кляла всё на свете, и меня больше всех проклинала. Но я — мужчина, ближайший родственник и покровитель, и глава её условного клана-стаи, её общины. Все три в одном. Не могла она мне перечить, нет здесь таких жизненных принципов посылания нахрен, как у нас.

— Встань.

Выступила ногами из платья, я подошёл, взял его в руку. Хорошее платье, не из дешёвых тканей, и весит прилично. Смял в ком, взял под мышку. Встал перед нею метрах в двух. Внимательно осмотрел тело. Что сказать, Астрёныш — худышка. Атлетическая, но худая. Не тощая, но… Вы поняли. Ближе к нашим параметрам красоты, хотя и посолиднее девяносто-шестьдесят-девяносто. Анабель примерно такая же, у лекарки плечи уже, а попа больше. Илона же была… Солидная. Не толстая, отнюдь — нормальная здоровая женская красота хорошо питающейся, но не ленивой сеньоры. Мужчинам за тридцать, когда наскучивают крышелётки, только таких подавай. Двое детей оставили на животе кучу растяжек — что также в этом мире считается благом. Ибо раз рожала, значит, способна выносить, хорошая женщина, добрая. Жаль такое добро в монастыре гноить. Я сейчас просто как мужик говорю, а не как мужик… Короче, просто жалко гробить ей жизнь в монастыре — с таким телом ей жить и жить. А вот как у брата на неё даже не встал. Такая х#йня, маляты, Астру за сестру не держу, на рыжика встаёт, а Илону женщиной не считаю. Хотя и та и та — родная кровь.