— Фронт, — ледяным тоном сказа Белл. — Он возводит стену вокруг империи, охраняемую армией добропорядочных граждан, которые верят в то, что он и Маргарет — щедрые люди, которые помогают бедным исключительной по доброте сердечной. Это спектакль. Кромвель мог бы заботиться и меньше о тех, кто нуждается. Он использует их в своих интересах, для достижения своих целей. А коррумпированных политиканов города он поддерживает тайными пожертвованиями, и, по их убеждению, он не может совершать ничего преступного.

Маргарет в полном смущении пила чай, ее рука заметно дрожала.

— Просто отказываюсь поверить в это, — пробормотала она.

Белл перегнулся через стол и взял обе ее руки в свои.

— Поверь мне, Марион, это правда. Я узнал его в тот момент, когда он выстрелил в меня в банке Теллурида.

Она отобрала руки и сжала их.

— Зачем Якову грабить банки, если он уже владеет вторым по величине банком в Сан-Франциско? Это слишком абсурдно, чтобы быть реальным.

— Не могу ответить тебе на это. В самом начале он отбирал деньги, чтобы создать собственный банк. Но, когда разбогател, грабежи и убийства превратились в навязчивую идею. Я попытался поставить себя на место Кромвеля. Грабежи и убийства для него как наркотик. Он ничего не может поделать с собой и будет продолжать убийства, пока я не остановлю его.

Через стол она посмотрела в его фиалковые глаза. Они были темные и холодные.

— Ты, Исаак? Неужели это должен сделать ты?

— Я не могу допустить, чтобы он продолжал убивать людей, — Белл произнес эти слова таким тоном, словно читал обвинительное заключение в зале суда. — Я не могу позволить, чтобы он показывал нос закону и разгуливал на свободе, ведя образ жизни богатого Санта Клауса. — Затем он добавил: — Это распространяется и на его сестру, Маргарет. Она погрязла в его чудовищных операциях по самую свою прелестную шейку.

В полном смятении Марион опустила голову так, что шляпка скрыла ее глаза.

— Я давно знакома с Яковом и Маргарет, но, оказывается, совершено не знаю их.

— Тяжело, — мягко сказал Белл, — но тебе придется смириться с этим.

Она подняла голову, и поля ее шляпки, украшенной цветами, приподнялись спереди так, что он смог посмотреть прямо в ее зеленые, цвета кораллового моря, глаза.

— Что я могу сделать? — тихо спросила она.

— Прежде всего, делать вид, что ничего не знаешь. Продолжай выполнять свои обязанности как преданная секретарша. Наши агенты будут постоянно следить как за братом, так и за сестрой. Но ты должна сообщать обо всем подозрительном и необычном в действиях Якова. Это всё, что требуется от тебя.

— Ты, конечно, хочешь сказать, сообщать тебе.

Он кивнул.

— Да.

У нее возникло ощущение, что ее используют, что Белл проявляет к ней интерес исключительно как к информатору. Она отвернулась, чтобы он не увидел ее слез, навернувшихся на глаза.

Белл мгновенно понял, что пришло ей в голову. Он подвинул свой стул так, что оказался очень близко к ней, и обнял се рукой за плечи.

— Знаю, о чем ты подумала, Марион, и это неправда. Знаю, что прошу тебя притворяться, но на весах жизни людей. И более того. Это далеко не только просьба о помощи, — он сделал паузу, чтобы набраться храбрости. — Марион, я люблю тебя. Не могу объяснить, почему это произошло так неожиданно, но это произошло. Ты должна поверить мне.

Марион посмотрела ему в лицо и увидела там только любовь и нежность. Ее страхи исчезли в одно мгновение, она подалась вперед и крепко поцеловала его в губы. Потом отстранилась от него и игриво улыбнулась.

— Ты, наверное, думаешь, что я бесстыдная девчонка.

Он рассмеялся, увидев, что она покраснела.

— Вовсе нет. Мне нравится это.

В глазах у нее появилась нежность.

— Должна признаться, что уже что-то почувствовала, увидев тебя в первый раз, когда ты внезапно появился в офисе.

На этот раз он поцеловал ее.

После долгого поцелуя он отстранился и широко улыбнулся.

— Думаю, нам пора сделать заказ, пока нас не попросили покинуть помещение из-за неприличного поведения.

Глава 30

После ленча с Беллом Марион вернулась в офис и уже напечатала половину письма, когда Кромвель вызвал ее. Она нервничала и старалась не смотреть ему в лицо, когда он заговорил.

— Марион, я собираюсь отправиться на Национальную конференцию банковского сообщества. В этом году она проводится в Лос-Анджелесе с двадцать восьмого по тридцатое марта. Не могла бы ты подготовить все необходимые документы для моей поездки и заказать мне комнату в гостинице «Фремонт» в нижнем городе?

— Чтобы попасть в Лос-Анджелес к двадцать восьмому числу, нужно выехать завтра, — сказала Марион. — Времени страшно мало.

— Знаю, — сказал Кромвель, бесцеремонно пожимая плечами. — Я вообще не собирался туда ехать, но потом передумал.

— Не хочешь ли взять напрокат частную машину?

— Нет, пусть частные автомобили нанимают президенты банков Крокера и «Уэллз Фарго». Когда я отправляюсь по банковским делам, то еду как простой пассажир, чтобы мои вкладчики знали, что я думаю только об их интересах и не проматываю их деньги попусту.

Марион, шелестя юбками, поднялась со стула.

— Займусь этим.