Читаем Поглотитель полностью

— Потому что он один из трёх возможных спасителей. У каждого есть свой пророк.

— Что за спаситель? От чего и кого он будет спасать? — поднял брови Лорд.

— Я не знаю. — без тени сожаления сказал бродяга. — Всё, что мне известно, это будет нечто глобальное, что затронет все реальности, образования и даже Империю Асари и остальные сильнейшие колонии людей.

Щека Расина дёрнулась. Когда их величайшую Асари, сосредоточие могущества, власти и процветания, называли колонией, словно они заштатный мирок на отшибе мироздания. Но гневаться смысла не было никакого. Он уже принял неизбежность, услышал пророчество.

— Один из трёх возможных спасителей будет нуждаться в силе, и вы её отдадите. Всю до капли.

— И почему же?

— У призраков есть только одна цель, — сказал старик и замолк.

— Третья моя сущность от великого краба бездны. Почему ты решил, что я стану призраком?

— Впитав его суть, вы так же забрали силу бездны. Вы же почувствовали, как пространство стало подчиняться вам? Когда вас убьют, ваша душа исказит реальность так, что вы превратитесь в нематериальное живое существо. Увы, к людской форме у вас не будет возможности вернуться. И единственный, кто сможет вас избавить от этой формы бытия, это спаситель.

— Я почувствую его рождение. — Не спрашивал, а утверждал Расин.

— Да, мой Лорд. — Вновь пополам сложился старик. — Вас потянет к нему, и вы, благодаря силе бездны, преодолеете миллиарды световых лет настолько быстро, что смертный успеет лишь обрести зачатки силы.

— Зачем же ты пришёл? Если это и так случится.

— По трём причинам. — Показал три пальца бродяга, а Лорда уже начинало раздражать это число. — Первая — моё уважение. Мне хотелось, чтобы вы знали будущее и приняли его сейчас. Чтобы, когда предательство случится, у вас не было сожалений.

— Что ты несёшь? — Вспышка ярости подбросила Расина с высокого трона, а зал наполнила давящая аура. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? Даже не смей! Знать, что кто-то из твоих близких предаст тебя, обречёт на почти вечные муки, и ради чего? Скажи мне, старик, ради чего?

— Последний удар будет нанесён из любви. — Сдавленный голос послышался из еле живого комочка на полу, что некогда смело взирал на Лорда.

— Ты думаешь, мне будет теперь легче жить с этим знанием? Думаешь, я не брошу это всё, дабы избежать такой судьбы?

— Обязанность. — тихо прохрипел задыхающийся старик.

— Ты прав. — резко успокоился Расин, во всяком случае внешне. — Эта планета — моя ответственность.

Старик с трудом поднялся, и его серые, почти бесцветные глаза вновь неотрывно приклеились к Лорду.

— Вторая причина заключается в том, что никто, даже Император и его Вечный Наставник, не способны будут прервать ваше бесконечное существование. Никто не сможет поглотить вашу сущность, кроме будущего возможного спасителя.

— И что же в нём такого особенного? — скептически спросил Расин.

— Он не будет ограничен тремя сущностями, — тихо, почти шёпотом произнёс старик, но Расин услышал его. И эти слова были настолько невозможными, что правитель, не выдержав, засмеялся. Какое-то время в зале не смолкал звук веселья Лорда, и когда он стих, старик добавил. — За ним не будет охоты, ибо в его сущности не будет силы поглотителя.

— Почему? — утерев слёзы, восстановив дыхание, спросил Лорд.

— У него нет сущности.

— Такого не бывает. У него должна быть. У любого живого существа она есть.

— Он единственный в обозримом времени, у которого нет.

— Но он живой? Не машина?

— Нет. Человеческого роду, рождённый без магии, на планете Истоке. К сожалению, у меня нет ответов на все вопросы. Лишь возможное будущее.

— То есть, это не константа? — с замиранием в голосе спросил Расин.

— Нет, мой Лорд, — поклонился старик. — Это самое вероятное развитие событий.

— То есть, ты видишь другие варианты?

— Увы, мой Лорд, — горько сказал бродяга. — Иного не вижу, просто знаю, что это вероятность. Я не пророк. Я вестник свободы и жизни, которую сохранит спаситель.

В зале повисла тишина. Расин напряжённо думал, как можно было бы избежать пророчества, и на ум приходила лишь одна возможность. Нужно найти отца.

— Третья причина, — сказал Расин, разрушив напряжённое молчание. — Какова она. Я желаю знать.

— Она эгоистична, мой Лорд, — усмехнулся человек в рванье. — Я никогда не бывал во дворце. Никогда не видел Лорда. И я никогда бы себе не простил, если не сказал, что вашего отца больше нет среди живых. Это тоже откровением пришло мне.

— Как? — вновь подорвался Расин, но в этот раз сдержав ауру.

— Он умер. Отринув силу и бессмертие, он поселился среди простых людей. У него была семья, и в окружении внуков и детей его не стало. Всё, что он хотел вам передать, лишь то, что он гордится вами безмерно.

— Кто ты? — медленно, словно вынимая меч из ножен, прошелестел голос Расина.

— Я вестник, не более. Сейчас я уйду, для того чтобы никогда не вернуться больше, — старик вновь поклонился до пола.

— Откуда ты знаешь моего отца?

— Я и не знаю, — пожал плечами старик, не утруждая себя в объяснениях.