Я протянул ей персик, робко взяв его в руки она поднесла его к пухлым губам и укусила. Струя сока брызнула и потекла по подбородку, Ева зажмурилась от удовольствия.

– Фкуфно!

– Не разговаривай с набитым ртом.

– Хаафо.

Копаясь в бумагах, я нашел записную книжку, на обложке красовался череп и кости, а на задней стороне всё те же две молнии.

"Записная книжка Гюнтера Фон Шмидта. День сорок третий. Все экспериментальные образцы умерли после введения мозговых паразитов. Но спустя несколько часов вернулись к подобию жизни. Испытуемые больше не реагируют на человеческую речь. Остался только неутолимый голод. Сколько бы я ни скормил им мяса, подопытные всё равно голодны.

День триста девяносто первый. Я в растерянности, все попытки вживить испытуемым в мозг передатчики для контроля разума провалились. Это совершенно бесполезное занятие. Образцы годятся только для того, чтобы заражать округу паразитами, сея смерть. Но кому нужен мертвый континент? Фюрер, я добьюсь успеха любой ценой!

День пятьсот сорок шестой. Сыворотка на основе мозгового паразита наконец то готова! Пришлось добавить туда сердце архонта, что помогло свести клеточную деструкцию до нуля. Я изъял эмбрион у пленной комсомолки и поместил его в инкубатор, заполненный сывороткой. Если мои расчёты верны, то эмбрион будет ежедневно пропускать через себя раствор, постепенно насыщая им тело.

Предыдущие эксперименты с вводом раствора на прямую подопытным провалился. Раствор не удается разбавить, а его концентрированные свойства заставляют организм мутировать, теряя клеточную целостность. Подопытные поглощают сферы, обретают максимально доступный уровень силы, но при использовании способностей клеточная структура не выдерживает и тело распадается до состояния слизи.

День тысяча двести девяностый. Эксперимент затянулся. Оказалось, что раствор не только усилил эмбрион, но и заметно замедлил его развитие. Предполагаю, что старение эмбриона так же будет замедлено, если он вообще будет способен к клеточной регрессии. На текущий момент образец весит шесть килограммов. Пол женский. Болевой порог отсутствует. Даже ампутация конечности не причиняет никаких негативных ощущений, более того, конечность восстанавливается за считанные минуты. Образец номер двадцать три невосприимчив к сильным перепадам температуры. Это прорыв!

День двухтысячный. Мой Фюрер! Это победа! Образец обладает детским незамутненным сознанием. Она готова исполнять всё что я прикажу, нужна лишь маленькая стимуляция в виде чего-то вкусного. Скорее бы вернуться в Германию, я создам для вас такое войско, от которого весь мир содрогнется! Мы сотрем с лица земли все расы! Слава ариям!".

Мандец, кого-то отец ремнем порол, а кому-то вот так конечности отрезал. Долбаное животное! Сколько же людей погибло ради его экспериментов? Времени прошло порядком, скорее всего эта тварь уже мертва. Очень жаль, я бы с радостью помог ему перейти в загробный мир. Расчленять ребенка, это насколько конченной мразью нужно быть?

– Алекс, а есть что-нибудь еще вкусненькое?

А ей идет советская форма, даже шапка ушанка и фигура… Какая нахрен фигура? Соберись мать твою! Да симпатичная, да уже половозрелая, но разум как у ребенка. Хотя что значит половозрелая? Если подумать, то она мне в бабушки годится, даже в прабабушки. С какого она года? Плюс минус с пятидесятого? Ладно, пора выбираться от сюда, достал уже этот холод.

Глава 3

Забрал записную книжку с собой. Когда мы поднялись на верхний этаж Ева увидела Дядю Женю. Поплакала у тела, после мы его похоронили, выкопав яму в снегу.

– Ева, ты летать умеешь?

– Как птичка? Нет, не умею. А ты летаешь?

– С моей помощью и ты сможешь. Готова?

Не дождавшись ответа, я подхватил её телекинезом, а после разбежавшись сиганул вниз. Ева визжала так, что казалось вот-вот сойдет лавина с гор.

– Страшно?

– Нет! Я в восторге! А можно еще быстрее?

– Да можно, конечно.

Я ускорился. Мы летели со скоростью около сотни километров в час уворачиваясь от каменных выступов. Аттракцион не для слабонервных, я привычный к полетам, но даже у меня дух захватывало.

Мы спускались вниз, снова взлетали на новый горный хребет. Ева хохотала от восторга. Волосы развеваются на ветру, глаза широко распахнуты, а зрачки расширены до безобразия. Так мы пролетели километров пятьдесят, внизу я заметил голубую жемчужину. Какого же она размера если я её отчетливо вижу с высоты в две сотни метров?

– Ева, повиси пока тут, я сейчас вернусь.

– А? Что? Ты куда?

Я устремился вниз. Подлетев ближе к жемчужине, я охренел от того, что она была около шести метров в диаметре. От неё расходились волны холода. Пролетел вокруг, ничего необычного, просто ледышка. Хотя этот мир уже много раз меня удивлял, простая ледышка может оказаться не ледышкой вовсе, ну посмотрим.