Читаем Поездка к Солнцу полностью

Мать увидела, что Андрейка благополучно сидит в кабине трактора, и поехала рядом с «Тимошей». Она ничего не говорила, только поздоровалась с дядей Костей.

— Сайн, товарищ Суворов! — сказала она громко.

Дядя Костя тоже сказал «сайн» и улыбнулся ей.

Улыбнулся и Андрейка. Он очень смешной — с запылённым лицом, без двух передних зубов. У него выпал ещё один зуб. Однако Андрейка уже забыл о своём желании иметь стальные, как у дяди Кости, зубы. Малахай и дэгыл на Андрейке покрыты пылью. Тут уж ничего не поделаешь: всем был хорош «Тимоша», но у него открытая кабина, не то что у «ДТ-54», на котором ездит молоденький тракторист Сеня Правосудов. Правда, дядя Костя предлагал Андрейке перейти к Сене.

— Там будешь ездить, как в «Победе», — говорил он. — Видишь, какой всегда Сеня чистый! А мы с тобой как черти грязные.

Андрейка обиделся. Неужели дядя Костя думает, что он променяет «Тимошу» на «Дэтэшку», как сам называл «ДТ-54»? Или дядя Костя всё не мог забыть того случая, когда Андрейка ушёл с трактора и поехал на «Победе» с председателем колхоза? Так тогда Андрейка был ещё глупый, не знал, что трактор зовут «Тимошей», не умел переключать рычаги, не знал даже, где у трактора находится мотор, а где тормоз. Многого тогда не знал Андрейка. А теперь он ни за что не уйдёт от дяди Кости, хотя здесь у него забивает пылью глаза, нос, уши, даже волосы под малахаем и песок постоянно хрустит на зубах…

Когда проехали до конца борозды, дядя Костя остановил «Тимошу».

— Спасибо Няньке, а то бы не нашла тебя, — сказала мать Андрейке. — Подъезжаю к вагончику, а там Рыжик пасётся да Нянька бегает. Ты пошто обедать не приехал?

— А он с нами обедал, — ответил дядя Костя.

— Нехорошо так делаешь! — Мать покачала головой. — Я обед готовила, ждала, а ты людей тут объедаешь.

— Я не сам, дядя Костя велел… — Андрейка нахмурился и перестал улыбаться.

— Вы не беспокойтесь, — сказал дядя Костя. — Андрейка ведь всё время со мной, а еды у нас хватает.

— Мешает он тут вам.

— Андрейка-то? — удивился дядя Костя. — Помогает!

Андрейка покраснел от удовольствия, это видно было даже сквозь слой пыли.

И отец и мать были уверены, что Андрейка поездит на тракторе день-два и ему надоест. Но дни проходили за днями, а Андрейка исправно уезжал на Пронькин лог. Если в тракторе случалась неисправность, Андрейка во все глаза смотрел, как дядя Костя управлялся с ней. Он был счастлив, если тракторист говорил ему:

— А ну-ка, помощник, бери тряпку да протри мотор, а то все свечи песком позабивало.

Нет, Андрейке нравилось здесь! Он видел, как Пронькин лог с каждым днём всё больше покрывается пахотой. Немало здесь поездил взад-вперёд и «Тимоша», а на нём Андрейка. Пока Пронькин лог весь не перепашут, Андрейка ни за что не расстанется с дядей Костей и «Тимошей»…

— Отец шибко ругается, — жаловалась мать. — Говорит, Андрейка совсем от рук отбился.

— Ничего, он у нас тут в крепких руках, — сказал дядя Костя.

— В юрту к нам приезжай, — пригласила мать дядю Костю, — обязательно приезжай! Ждать будем.

— Теперь уж до осени о гостях забыть надо! — засмеялся дядя Костя. — А осенью обязательно приеду. Вот Андрейку в школу провожать будем. Обязательно приеду.

— Не пойду в школу! — заявил Андрейка и отвернулся.

— Шибко упрямый, — пожаловалась мать, — учиться не хочет. Я вчера в школу ездила, записала его. Дулму и то записали в школу — шибко хочет учиться, а ей шесть лет. Бабка Бутид сказала в школе, что Дулме семь лет, только бы записали её.

Андрейка быстро повернулся к матери: правду говорит или нет? Конечно, правду: мать никогда не обманывает.

— Э, Андрейка, не знал я, что ты такой! Все ребятишки пойдут учиться в школу, будут грамотными, а ты? — Дядя Костя осуждающе посмотрел на Андрейку.

Хорошо говорить дяде Косте, ему не нужно разлучаться с «Тимошей». Андрейка как вспомнит, что придётся в школу уехать, так почему-то тоскливо становится. Хорошо ещё что он не девчонка, а то бы, наверно, заплакал. Он в школу уедет — а Нянька, а Рыжик, а Катя? Дулма вот тоже останется! Так думал раньше о Дулме Андрейка, но мать сейчас сказала, что Дулма пойдёт нынче в школу.

Андрейка по-прежнему жалел Рыжика и Катю. Только ведь если Дулма станет грамотной, то она засмеёт Андрейку. Скажет опять, что он будет глупый, хуже, чем хромой дедушка Бадма. А кто не знает, что дедушка Бадма самый плохой чабан в колхозе? Неграмотный, ленивый, жадный… Недаром бабушка Долсон, родная бабка Андрейки, та, что спасла от бури отару, говорит: «У хорошего чабана пот течёт, а у жадного Бадмы — слюна». Совсем не хочется Андрейке походить на такого чабана, как дедушка Бадма.

— Придётся мне потолковать как следует со своим помощником, — говорит дядя Костя недовольным голосом, и Андрейке делается не по себе. — Если он в школу не пойдёт, то мне такой помощник не нужен. Лучше уж я один…

— Пойду в школу! — вдруг сразу соглашается Андрейка и думает в эту минуту, что Дулма сильно удивится, когда увидит его в школе.

Пусть удивляется! Не уходить же ему, в самом деле, с трактора!

— Вот это другой разговор! — Дядя Костя хлопает Андрейку по плечу.