Читаем Поэмы полностью

     Ты их узнала, дева гор,Восторги сердца, жизни сладость;Твой огненный, невинный взорВысказывал любовь и радость.Когда твой друг во тьме ночнойТебя лобзал немым лобзаньем,Сгорая негой и желаньем,Ты забывала мир земной,Ты говорила: «Пленник милый,Развесели свой взор унылый,Склонись главой ко мне на грудь,Свободу, родину забудь.Скрываться рада я в пустынеС тобою, царь души моей!Люби меня; никто донынеНе целовал моих очей;К моей постели одинокойЧеркес младой и черноокийНе крался в тишине ночной;Слыву я девою жестокой,Неумолимой красотой.Я знаю жребий мне готовый:Меня отец и брат суровыйНемилому продать хотятВ чужой аул ценою злата;Но умолю отца и брата,Не то – найду кинжал иль яд.Непостижимой, чудной силойК тебе я вся привлечена;Люблю тебя, невольник милый,Душа тобой упоена…»     Но он с безмолвным сожаленьемНа деву страстную взиралИ, полный тяжким размышленьем,Словам любви ее внимал.Он забывался. В нем теснилисьВоспоминанья прошлых дней,И даже слезы из очейОднажды градом покатились.Лежала в сердце, как свинец,Тоска любви без упованья.Пред юной девой наконецОн излиял свои страданья:     «Забудь меня: твоей любви,Твоих восторгов я не стою.Бесценных дней не трать со мною:Другого юношу зови.Его любовь тебе заменитМоей души печальный хлад;Он будет верен, он оценитТвою красу, твой милый взгляд,И жар младенческих лобзаний,И нежность пламенных речей;Без упоенья, без желанийЯ вяну жертвою страстей.Ты видишь след любви несчастной,Душевной бури след ужасный;Оставь меня; но пожалейО скорбной участи моей!Несчастный друг, зачем не преждеЯвилась ты моим очам,В те дни, как верил я надеждеИ упоительным мечтам!Но поздно: умер я для счастья,Надежды призрак улетел;Твой друг отвык от сладострастья,Для нежных чувств окаменел…     Как тяжко мертвыми устамиЖивым лобзаньям отвечатьИ очи, полные слезами,Улыбкой хладною встречать!Измучась ревностью напрасной,Уснув бесчувственной душой,В объятиях подруги страстнойКак тяжко мыслить о другой!..     Когда так медленно, так нежноТы пьешь лобзания мои,И для тебя часы любвиПроходят быстро, безмятежно;Снедая слезы в тишине,Тогда рассеянный, унылый,Перед собою, как во сне,Я вижу образ вечно милый;Его зову, к нему стремлюсь,Молчу, не вижу, не внимаю;Тебе в забвенье предаюсьИ тайный призрак обнимаю.Об нем в пустыне слезы лью;Повсюду он со мною бродитИ мрачную тоску наводитНа душу сирую[11] мою.     Оставь же мне мои железы[12],Уединенные мечты,Воспоминанья, грусть и слезы:Их разделить не можешь ты.Ты сердца слышала признанье;Прости… дай руку – на прощанье.Недолго женскую любовьПечалит хладная разлука:Пройдет любовь, настанет скука,Красавица полюбит вновь».     Раскрыв уста, без слез рыдая,Сидела дева молодая:Туманный, неподвижный взорБезмолвный выражал укор;Бледна как тень, она дрожала:В руках любовника лежалаЕе холодная рука;И наконец любви тоскаВ печальной речи излилася:     «Ах, русский, русский, для чего,Не зная сердца твоего,Тебе навек я предалася!Не долго на груди твоейВ забвенье дева отдыхала;Не много радостных ночейСудьба на долю ей послала!Придут ли вновь когда-нибудь?Ужель навек погибла радость?..Ты мог бы, пленник, обманутьМою неопытную младость,Хотя б из жалости одной,Молчаньем, ласкою притворной;Я услаждала б жребий твойЗаботой нежной и покорной;Я стерегла б минуты сна,Покой тоскующего друга;Ты не хотел… Но кто ж она,Твоя прекрасная подруга?Ты любишь, русский? ты любим?..Понятны мне твои страданья…Прости ж и ты мои рыданья,Не смейся горестям моим».     Умолкла. Слезы и стенаньяСтеснили бедной девы грудь.Уста без слов роптали пени[13].Без чувств, обняв его колени,Она едва могла дохнуть.И пленник, тихою рукоюПодняв несчастную, сказал:«Не плачь: и я гоним судьбою,И муки сердца испытал.Нет! я не знал любви взаимной,Любил один, страдал один,И гасну я, как пламень дымный,Забытый средь пустых долин.Умру вдали брегов желанных;Мне будет гробом эта степь;Здесь на костях моих изгнанныхЗаржавит тягостная цепь…»     Светила ночи затмевались;В дали прозрачной означалисьГромады светлоснежных гор;Главу склонив, потупя взор,Они в безмолвии расстались.     Унылый пленник с этих порОдин окрест аула бродит.Заря на знойный небосклонЗа днями новы дни возводит;За ночью ночь вослед уходит;Вотще свободы жаждет он.Мелькнет ли серна меж кустами,Проскачет ли во мгле сайгак[14], —Он, вспыхнув, загремит цепями,Он ждет, не крадется ль казак,Ночной аулов разоритель,Рабов отважный избавитель.Зовет… но всё кругом молчит;Лишь волны плещутся бушуя,И человека зверь почуяВ пустыню темную бежит.     Однажды слышит русский пленный,В горах раздался клик военный:«В табун, в табун!» Бегут, шумят;Уздечки медные гремят,Чернеют бурки, блещут брони,Кипят оседланные кони,К набегу весь аул готов,И дикие питомцы браниРекою хлынули с холмовИ скачут по брегам КубаниСбирать насильственные дани.     Утих аул; на солнце спятУ саклей псы сторожевые.Младенцы смуглые, нагиеВ свободной резвости шумят;Их прадеды в кругу сидят,Из трубок дым виясь синеет.Они безмолвно юных девЗнакомый слушают припев,И старцев сердце молодеет.
Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

12 лет рабства. Реальная история предательства, похищения и силы духа
12 лет рабства. Реальная история предательства, похищения и силы духа

В 1853 году книга «12 лет рабства» всполошила американское общество, став предвестником гражданской войны. Через 160 лет она же вдохновила Стива МакКуина и Брэда Питта на создание киношедевра, получившего множество наград и признаний, включая Оскар-2014 как «Лучший фильм года».Что же касается самого Соломона Нортапа, для него книга стала исповедью о самом темном периоде его жизни. Периоде, когда отчаяние почти задушило надежду вырваться из цепей рабства и вернуть себе свободу и достоинство, которые у него отняли.Текст для перевода и иллюстрации заимствованы из оригинального издания 1855 года. Переводчик сохранил авторскую стилистику, которая демонстрирует, что Соломон Нортап был не только образованным, но и литературно одаренным человеком.

Соломон Нортап

Классическая проза ХIX века
Вот так мы теперь живем
Вот так мы теперь живем

Впервые на русском (не считая архаичных и сокращенных переводов XIX века) – один из главных романов британского классика, современная популярность которого в англоязычном мире может сравниться разве что со славой Джейн Остин (и Чарльза Диккенса). «Троллоп убивает меня своим мастерством», – писал в дневнике Лев Толстой.В Лондон из Парижа прибывает Огастес Мельмотт, эсквайр, владелец огромного, по слухам, состояния, способный «покупкой и продажей акций вознести или погубить любую компанию», а то и по своему усмотрению поднять или уронить котировку национальной валюты; прошлое финансиста окутано тайной, но говорят, «якобы он построил железную дорогу через всю Россию, снабжал армию южан во время Войны Севера и Юга, поставлял оружие Австрии и как-то раз скупил все железо в Англии». Он приобретает особняк на Гровенор-сквер и пытается купить поместье Пикеринг-Парк в Сассексе, становится председателем совета директоров крупной компании, сулящей вкладчикам сказочные прибыли, и баллотируется в парламент. Вокруг него вьются сонмы праздных аристократов, алчных нуворишей и хитроумных вдовушек, руки его дочери добиваются самые завидные женихи империи – но насколько прочно основание его успеха?..Роман неоднократно адаптировался для телевидения и радио; наиболее известен мини-сериал Би-би-си 2001 г. (на российском телевидении получивший название «Дороги, которые мы выбираем») в постановке Дэвида Йейтса (впоследствии прославившегося четырьмя фильмами о Гарри Поттере и всеми фильмами о «фантастических тварях»). Главную роль исполнил Дэвид Суше, всемирно известный как Эркюль Пуаро в сериале «Пуаро Агаты Кристи» (1989-2013).

Энтони Троллоп , Сьюзен Зонтаг

Проза / Классическая проза ХIX века / Прочее / Зарубежная классика