Читаем Подводный фронт полностью

Все эти победы, конечно, радовали нас. Они подтверждали, что мы на правильном пути, что переход к новой организации управления подводными лодками, находящимися в море, в целом прошел нормально. Но, естественно, хотелось развить успех. В связи с этим в штабе бригады все чаще стала высказываться мысль: не пора ли опробовать вариант группового использования подводных лодок? До сей поры подводники выполняли только одиночные атаки. Каждая лодка действовала самостоятельно, находясь на боевой позиции или крейсируя в отведенном ей маневренном районе. Но и в том, и в другом случае удары, наносимые по вражеским конвоям, получались как бы растянутыми по времени и месту, разрозненными и недостаточно мощными. Конвой, подвергшийся атаке одной из наших лодок, к моменту встречи с другой успевал уже обычно восстановить свой боевой порядок, принять меры по усилению противолодочной обороны. Вот почему очень заманчиво было послать в какой-иибудь маневренный район не одну, а, скажем, сразу две лодки, которые бы атаковывали вражеские конвои, находясь в тактическом взаимодействии друг с другом. Мощь торпедного удара по противнику в этом случае была бы куда выше, а в случае необходим мости после торпедной атаки можно было бы пустить в ход и артиллерию.

В общем-то, идея эта была не нова. О возможности действий подводных лодок в составе тактичезких групп говорилось еще до войны. Но на практике этот метод не проверялся по одной простой причине — лодки не были оснащены приборами, которые бы позволяли им поддерживать связь между собой, находясь в подводном положении. Но вот в январе 1943 года на «катюшах» стали устанавливать новые ультразвуковые акустические приборы типа «Дракон». И это обстоятельство поставило идею группового использования подводных лодок на практическую почву. Вообще-то, предназначались «Драконы» главным образом для обнаружения и атак кораблей и судов противника, а также для обеспечения безопасности плавания подводных лодок. Но можно было использовать их и как приборы подводной связи.

Наш главный специалист в штабе по гидроакустике инженер-капитан-лейтенант Р. Б. Френкель вместе с дивизионным связистом капитан-лейтенантом В. А. Гусевым при участии специалистов отдела связи флота сразу же после установки первых приборов на двух «катюшах» — «К-3» и «К-22» — стали опробовать их. Разработали специальную таблицу условных сигналов. Обучили способам приема и передачи их с помощью «Драконов» гидроакустиков подводных лодок. Не прошло и двух недель, как мне доложили, что связь в подводном положении удается поддерживать довольно надежно, и предложили провести тактическое учение в море, для того чтобы проверить возможности новых приборов в условиях, так сказать, приближенных к боевым.

Такое учение было подготовлено и проведено в конце января на Кильдинском плесе. Я находился на борту «К-3». На борту «К-22» находился капитан 1 ранга В. Н. Дотельников, который после гибели М. И. Гаджиева возглавил первый дивизион. Двое суток мы проводили совместное плавание. Днем и ночью, в надводном и подводном положении. Отрабатывали связь и наблюдение при групповых действиях, совместные торпедные атаки, уклонение от противолодочных сил противника и организацию последующей встречи. И все получалось просто здорово, что называется, без сучка без задоринки. На разборе учения все специалисты штаба и командиры лодок единодушно высказались за то, чтобы в ближайшее время опробовать новый метод уже в боевых условиях. И хоть порой возникало сомнение: не торопимся ли мы, все же аргументы в пользу новшества казались весьма убедительными. К тому же именно в зимнее время проходимость сигналов, посылаемых прибором прибором «Дракон», была наилучшей. Летом же, когда вода в море нагревается и разница в температуре различных слоев ее возрастает, дальность действия приборов могла снижаться в три-четыре раза.

Обо всем этом я доложил командующему. Он дал согласие на совместный поход «К-3» и «К-22». Срок выхода — 3 февраля. Район действий — от Вардё до мыса Нордкин.

И вот последние приготовления к выходу в мор. Черные рубки двух «катюш», ошвартованных рядышком, горделиво возвышаются над пирсом. То и дело лязгает подъемный кран: идет погрузка боезапаса. Моряки береговой базы подвозят тележки с ящиками, картонными коробками, большими цинковыми банками.

Я с утра на лодках. И тут же капитан 2 ранга Р. В. Радун. Поход предстоял очень необычный и ответственный, поэтому было решено: пойдем в море оба: я — на «К-3», которая назначена флагманским кораблем, Радун — на «К-22».

На «двадцать второй» также пойдет В. Н. Котельников. Его задача — помочь в управлении лодкой командиру капитану 3 ранга В. Ф. Кульбакину.