Читаем Подводный фронт полностью

Этого же Торик требовал и от своих подчиненных. В политуправлении вообще не в ходу был кабинетный стиль работы. Политуправленцы большую часть времени находились непосредственно в частях и на кораблях. Нередко они направлялись туда, где складывалась самая напряженная обстановка. На флоте хорошо знали, к примеру, о мужестве и твердой воле заместителя начальника политуправления Михаила Александровича Юдина, о том, что в критический момент боя на мысе Пикшуев он поднял батальон в контратаку и это определило успех обороны на данном участке.

Многие политуправленцы принимали участие в боевых походах подводных лодок. Такие походы становились, как правило, образцовыми с точки зрения партийно-политического обеспечения. По их итогам работниками политуправления писались поучительные и конкретные методические разработки о том, как вести партийно-политическую работу в боевой обстановке. Все это помогало в учебе молодых военкомов лодок, было хорошим подспорьем для партийного и комсомольского актива.

В предыдущих главах я не раз упоминал фамилию военкома бригады бригадного комиссара И. П. Козлова. Вместе с ним бок о бок мы проработали больше полутора лет. вместе прошли самый трудный, начальный, период войны. Я видел в Иване Панфиловиче активного, прямого и откровенного политработника, надежного товарища и советчика, стремился обговаривать с ним все свои решения, указания. Он тоже делился без утайки своими комиссарскими хлопотами. Не скажу, что паша совместная деятельность представляла собой эдакую идиллию. Случались и несовпадения мнений по отдельным проблемам, но в целом работали мы дружно, согласованно, плодотворно.

Иван Панфилович был хорошим оратором. Любил выступать перед большой аудиторией, перед строем моряков. Его страстные, эмоциональные выступления зажигали людей, вызывали у них боевой порыв. А вот в непосредственном общении с людьми Козлов был, пожалуй, излишне суховат, официален. Не хватало ему порой умения установить душевный контакт с моряками. Для политработника, тем более работающего на лодках, это следует, конечно, считать недостатком.

В отличие от штаба бригады, состав которого был очень стабилен, в нашем политотделе работники менялись довольно часто. Кого-то забирали в политуправление, кого-то по тем или иным причинам переводили на другие флоты. Некоторые из инструкторов назначались на другие должности у нас же в бригаде. Тем не менее, несмотря на кадровую текучку, политотдел работал довольно эффективно. Большая заслуга тут принадлежала его начальнику полковому комиссару Алексею Протасовичу Байкову, который давно служил в бригаде, знал ее специфику, людей. Многое делали для поддержания высокого боевого духа у подводников инструкторы политотдела Я. Р. Новиков, А. С. Бабушкин, В. В. Смирнов и другие.

Когда издавался очередной приказ Верховного Главнокомандующего или происходили какие-то важные события на фронте, политотдельцы дружно отправлялись на корабли, беседовали с людьми, вели разъяснительную работу. Перед уходом лодки на боевую позицию кто-то из них непременно проверял ход подготовки к походу, инструктировал военкома, партийный и комсомольский актив.

Памятны многие агитационно-пропагандистские акции, предпринимавшиеся политотделом. Очень хорошо помню, скажем, какое воодушевление вызвало в бригаде предложение обратиться с письмом-призывом к своим боевым товарищам — подводникам-черноморцам. Это обращение было принято на торжественном митинге, подписано лучшими нашими воинами. Через некоторое время пришел ответ от черноморцев, которые рассказывали о своих боевых делах, призывали в свою очередь нас умножать удары по врагу.

Большое внимание политотдел бригады уделял наглядной агитации. Регулярно выпускались плакаты, листовки о подводниках, отличившихся в боях, удостоенных высоких наград. Для воспитания у моряков ненависти к врагу использовались факты злодеяний фашистских захватчиков па оккупированных территориях, о которых становилось известно из писем, получаемых подводниками из родных мест.

В октябре 1942 года в армии и на флоте было введено единоначалие. Институт военных комиссаров отменялся, вместо военкомов вводились должности заместителей командиров по политической части.

Вновь последовали довольно существенные кадровые перемещения. Ушел из бригады И. П. Козлов — командование сочло, что в новых условиях его целесообразнее использовать в другом месте. К новому месту службы убыл и А. П. Байков. Начальником политотдела бригады был назначен Рудольф Вениаминович Радун, который приехал к нам с Балтики, с должности военкома бригады ОВРа Главной базы. Состоялся и целый ряд других назначений и замен. Кроме того, менялись звания политработников: скажем, дивизионный комиссар А. А. Николаев стал теперь контр-адмиралом, Радун, ходивший до того в бригадных комиссарах, стал капитаном 2 ранга.