Читаем Подвал полностью

— Хочу попросить вас о небольшом одолжении, — сказала она. — Эми этим летом подавлена: ее отец ушел от нас несколько месяцев назад, — я думаю, вы в курсе. Боюсь, болезнь не улучшит ее состояния. Знаю, это против правил, но я считаю: мой приезд пойдет ей на пользу.

— Ну, над этим стоит поразмыслить, — ответил директор. — Родители действительно не должны часто приезжать сюда. И я уже позволил вашему мужу навестить детей, поскольку он не смог приехать в родительский день.

— Я все прекрасно понимаю. Но пусть Эми насладится последними днями в лагере — тем более что я хочу отправить ее и Уилла к вам и в следующем году.

— Ну, тогда ладно, — уступил он. — Просто нам это не следует афишировать. Когда приедете, спросите, где изолятор, и направляйтесь прямо туда.

— И все же, — сказала она, — я бы хотела посмотреть и на Уилла. Будет нехорошо, если я приеду в лагерь и не загляну к нему. Не сможет ли кто-нибудь из воспитателей подвести его потом к моей машине? Я совершенно уверена, Уилл никому не расскажет об этом.

Она услышала недовольный вздох.

— Хорошо. Но я только что вспомнил: завтра у нас поездка в аквапарк. Уилл вернется не раньше пяти.

Лейк потерла висок, размышляя. Она должна найти выход.

— О'кей, почему бы мне не приехать к пяти? Я навещу Эми, а затем преподнесу сюрприз Уиллу — быстро пообщаюсь с ним, когда вернется автобус.

— Ладно. Я дам знать об этом Эми, — сказал директор, и Лейк почувствовала по его тону, что он раздосадован и сердится.

«Надо же», — подумала она.

Закончив разговор, она снова подтащила к двери стол из холла. Две стоявшие на нем фотографии упали. Какое-то время Лейк просто стояла в растерянности. Это было похоже на сцену из фильма ужасов — дверь забаррикадирована, словно она ожидает прибытия серийного убийцы с электропилой. Джек заберет детей из лагеря примерно через полторы недели, а потом повезет на неделю в Хэмптонс, после чего они будут жить здесь. И как она объяснит им, зачем воздвигает такие баррикады?

Был только один способ остановить все это — разоблачить клинику. Все: безопасность детей, ее собственная безопасность, вообще жизнь — зависит от этого. Но сможет ли Рори найти необходимую информацию, а Арчер передать ее нужным людям? Казалось, прошла тысяча лет, с тех пор как она доверяла всем. Теперь же вдруг сделала ставку на двух человек, которых едва знала. Это было неестественно и… опасно.

Лейк отправила детям факсы, написав Эми, что не может дождаться, когда увидит ее, но ничего не сообщила о своем приезде Уиллу. На обед она приготовила в микроволновке пиццу на французском багете, по вкусу напоминавшую снег. Она ела, а Смоуки пристроился у ее ног. Потом она стала искать в Интернете информацию о компании «Исследования нового века», о которой упомянула Рори, но ничего не нашла. Эта организация явно предпочитала держаться в тени.

В восемь Лейк снова попробовала позвонить Арчеру. И опять ей ответила голосовая почта. Это было странно, поскольку он, по всей видимости, с нетерпением ждал новой информации. Может, он работал над какой-то другой, более интересной историей. Потом Лейк позвонила по интеркому вниз. Ей ответил ночной консьерж, которого, очевидно, вызвали на работу раньше обычного. По его словам, он ничего не знал о Карлосе. Она нашла в ящике телефон соседей, подумав, что Стэн мог что-то слышать. Включился автоответчик. Прекрасно — а Стэн утверждал, будто ночует дома.

Измученная, Лейк решила лечь спать пораньше и снова пошла в гостиную: она чувствовала себя там в большей безопасности, поскольку оттуда была видна входная дверь. Бросила на диван подушку и легкое одеяло и вспомнила, как спокойно ей было прошлой ночью у Арчера — там никто не мог найти ее.

Она рассеянно листала журнал, когда зазвонил телефон. «Это, должно быть, Арчер», — сказала себе Лейк, но, взяв трубку и взглянув на экран, поняла, что звонит Молли. Отвечать жутко не хотелось, но она понимала: будет неумно с ее стороны избегать разговоров с бывшей подругой — она должна притвориться, будто у нее все нормально.

— Привет! — сказала она.

— Ты как? — вопросила Молли. — Я вчера вечером получила твое отчаянное сообщение, а потом не могла дозвониться до тебя.

— О, прости. Я… немного волновалась из-за того, как прошла презентация — ну та, которую делала в клинике, — и мне просто надо было поговорить. Извини, если потревожила тебя.

— Твой голос звучал как-то взбудораженно. Презентация прошла не слишком удачно?

— Я уже получила несколько отзывов, и оказалось, все им понравилось, — солгала Лейк.

— Иногда бывает трудно сразу понять, как обстоит дело. И у тебя действительно все в порядке? Мне до сих пор кажется, что ты какая-то странная.

— Нет, просто ты позвонила, когда я собиралась лечь спать. Все хорошо.

— Ну, если ты так говоришь…

Лейк почти видела, как Молли пожимает плечами. Объяснения не убедили ее. Она, очевидно, чувствовала: что-то не так. Как бы она возликовала, если бы узнала правду, подумала Лейк. Тут же побежала бы к Джеку со словами: «Ты получаешь козырь в деле об опеке — ее клиенты думают, что она шпионит за ними».