— Мне только что сказали: в зале новый председатель комитета ОКАУЗ. Ну, тот, кого назначили, когда этот… как его… умер.

Тут послышался знакомый голос:

— Тайлер.

Кто-то схватил его за руку.

Тайлер обернулся на голос. На него в упор смотрела Джилл, а рядом с ней стоял солидный господин в костюме-тройке и круглых очках в черепаховой оправе. Джилл была в одном из своих традиционных строгих костюмов с шелковым шарфом, заправленным за ворот и сколотым на горле булавкой. Фирменный облик «ледяной девы». Она улыбнулась. Натянутая, но все-таки это была улыбка.

— Тайлер, хочу тебя познакомить с моим адвокатом Барни Руллманом. Полагаю, ты о нем наслышан.

Барни Руллман кивнул с адвокатской солидностью, вероятно, стоившей клиентам шестьсот долларов в час.

— Я считаю, будет только справедливо, — продолжала Джилл, — напомнить тебе: никто не поверит, будто я имею какое-то отношение к тому, что случилось с этими несчастными пациентами. Если ты хоть намекнешь о моей причастности, я готова обратиться к мистеру Руллману и он примет меры. Ты понял, что я сейчас сказала?

Тайлер растянул губы в улыбке и кивнул ей.

— Я думаю, с вами в самом скором времени свяжется совет директоров, мисс Ричардсон. И, если вы попадете под ударную волну, придется улаживать это с ними. А теперь прошу меня извинить.

Она покачала головой:

— Боюсь, вы так и не поняли, что я сейчас сказала, доктор…

— Напротив, — перебил ее Тайлер, — я все прекрасно понял. — Он повернулся к Нэнси и обнял ее за плечи: — Надо покончить с этим поскорее. Очень хочется в отпуск…

МОЛЧИ!

^(роман)

Что за этим стоит?

Недавно пришедшая в клинику консультант-маркетолог Лейк Уоррен задумывается об этом, когда убивают ее любовника, известного врача.

Она решает начать собственное расследование. И очень скоро охота начинается уже на нее…

Пролог

Боль разбудила ее, заставила открыть глаза. Она лежала в кромешной темноте, и ощущение было такое, будто кто-то сильно ударил ее стулом по затылку. Во рту был странный привкус — металлический. «Я прикусила щеку», — подумала она и попыталась найти ранку языком, но он слишком распух, чтобы двигаться.

«Где я?» — стала гадать она, охваченная паникой. Хотелось пошевелиться, но казалось — ее парализовало.

Она глубоко вздохнула. «Мне снится кошмар, — сказала она себе, — один из тех кошмаров, когда спишь и в то же время словно видишь себя со стороны. И я вот-вот проснусь». Сделав вдох, она почувствовала запах чего-то заплесневелого — похоже, затхлой одежды. Нет, это был не сон. Она опять попробовала пошевелиться. Руки остались неподвижными, но ей удалось немного повернуть голову.

В темноте раздался звук — длинный, низкий стон, но она не поняла, что это.

Наконец она осознала, где находится. Но почему она тут? Упала? Или кто-то ударил ее? Ее сознание было спутанным, мысли хаотично метались, как водоросли по поверхности воды. Она постаралась шаг за шагом восстановить произошедшее. Последнее, что она помнила, — как пыталась дотянуться до фонарика. Однако в нем, должно быть, села батарейка. Как долго она здесь пробыла и почему она одна? И вдруг память вернулась. Она вспомнила все и страдальчески всхлипнула, осознав весь ужас своего положения.

Ей нужно выбраться отсюда. Она поняла, что гудение мотора, должно быть, исходит от морозильника, который она видела прежде. Значит, электричество снова включили. Она покачала головой вперед и назад, приказала своему телу повиноваться. Ноги по-прежнему казались налитыми свинцом, но ей удалось пошевелить рукой — правой. Она медленно сжала и разжала пальцы.

Затем опять раздался шум — на этот раз откуда-то сверху. Шаги. А потом открылась дверь. Ее охватил ужас и окатила волна жара.

К ней шел убийца.

Глава 1

— У тебя есть секрет, верно?

— Что ты хочешь сказать? — спросила Лейк. Застигнутая вопросом врасплох, она поставила бокал с вином на столик и слегка откинула голову.

— Ты выглядишь как кот, только что слопавший канарейку.