Читаем Подвал полностью

— Поберегите горло, Роланд. — Тайлер опять заговорил в трубку: — Это доктор Мэтьюс. Я в «неотложке». Мне нужен набор со спиральным сверлом, немедленно. Пусть кто-нибудь доставит. Сию же минуту. — Он повесил трубку.

Выхватив отоскоп из стенного держателя, Тайлер всмотрелся в правое ухо Торреса. Чисто. Барабанная перепонка блеснула ему в глаз. Потом он проверил левое. Здесь перепонка была вздута и выгибалась, подпираемая скопившимся за ней желтым гноем.

Медсестра ворвалась в смотровую с двумя шприцами в руках.

— Вот они. Какой первым колоть?

Тайлер схватил ближайший.

— Я вколю этот, а вы — второй.

Он бросил взгляд на этикетку: десять миллиграммов декадрона.

В смотровую вбежала еще одна медсестра.

— Чем я могу помочь?

— Мне нужны зажимы для волос, бритва и подготовительный набор. И катетер этому парню прицепите. — Тайлер уперся ладонью в грудь Роули и оттолкнул его. — Послушайте, или помогайте, или не путайтесь под ногами.

Мэтьюс схватил капельницу, нашел резиновый инъекционный отвод и всадил в него шприц.

Медсестра вернулась с набором для бритья. Через секунду в ту же дверь вошел ассистент со стерильным набором.

— Кто тут просил спиральное сверло?

Тайлер подтянул к себе никелированную тумбочку.

— Поставьте сюда.

Он повернул подбородок Торреса к его правому плечу и при помощи зажимов расчистил дорожку в густых черных волосах над левым ухом. Сам выбрил это место безопасной бритвой и смазал обнажившуюся кожу бетадином.

Когда Тайлер поставил тумбу рядом с каталкой, Роули заявил:

— Я лично прослежу, чтобы этот случай был рассмотрен Исполнительным медицинским комитетом. Вы это делаете без согласия пациента.

— А ведь он прав, — оживился Браун. — Его жена в комнате ожидания. Пойду заставлю ее подписать листок.

— Спасибо. — Тайлер надел маску и стерильные перчатки, открыл стерильный набор и обложил подготовленное операционное поле четырьмя голубыми стерильными салфетками, скрепив их зажимами по углам. Он взял шприц и сделал знак медсестре. — Мне нужен ксилокаин с эпинефрином.

Сестра протянула ему ампулу. Тайлер проткнул защитную мембрану иглой, вытянул пять кубиков и ввел их под кожу в том месте, где намеревался сверлить. Вскрыл волдырь маленьким скальпелем и на полминуты зажал разрез ватным тампоном, чтобы остановить кровотечение. Потом выбрал самое маленькое сверло из трех, закрепил его в гнезде хромированной ручной дрели, а затем очень осторожно вставил кончик сверла в разрез и дошел до черепа.

Подбородком Тайлер сделал знак медсестре, указав на голову Торреса:

— Вы мне не поможете? Подержите вот тут. Нужно уравновесить давление.

Поначалу он сверлил очень осторожно, чувствуя, как кончик сверла входит в кость. Техника трепанации на девяносто процентов зависела от чуткости рук. Тайлер это знал. Ощутив сопротивление твердого тела, он стал вращать ручку дрели чуть быстрее. Еще несколько поворотов. Кончик сверла продвинулся, прорвался сквозь внешний костяной слой в узкое пространство костного мозга и снова «запнулся», когда начал врезаться во внутренний костяной слой. Теперь Тайлер сверлил медленно, предвосхищая последнюю легкую «запинку», когда кончик сверла проникнет в череп и упрется в твердую мозговую оболочку. Вот она! Он ее почувствовал.

Надо было непременно избежать попадания мелких осколков кости в лежащий под оболочкой мозг, поэтому Тайлер вынул сверло и вытер окровавленный кончик стерильной губкой. Краем уха он слышал, как разоряется Роули. «Да пошел он», — сказал себе Тайлер и сосредоточился на том, чтобы протолкнуть сверло обратно в разрез и просверленное в кости отверстие. Он легонько постучал кончиком сверла по мозговой оболочке, чувствуя, как твердая мембрана чуть-чуть подается. Быстрый поворот — и сверло прорвало мембрану, давая ему проход для иглы.

Браун вошел в смотровую, помахивая листочком бумаги:

— Есть! Ну теперь-то ты можешь заткнуться, Роланд?

Тайлер положил дрель на поднос и начал перебирать длинные иглы для биопсии. Он выбрал одну с закругленным наконечником, одним боковым отверстием и подвижным сердечником в середине. Сердечник проверил, чтобы убедиться, что он легко вынимается.

С минуту Тайлер изучал голову пациента, мысленно рисуя себе ее анатомическое строение в трехмерном изображении. В этом искусстве он не знал себе равных. Просверленное им отверстие располагалось строго над левым ухом, прямо над сосцевидной пазухой, а она, как полагал Тайлер, и являлась очагом воспаления, вероятно распространявшегося по венам, очищающим мозг. Если так, стоит ему ввести иглу и протолкнуть ее вниз, к основанию черепа, как он наткнется на абсцесс.

«Большое „если“», — подумал Тайлер. В голове у него эхом отдавались угрозы Роули.

Он вскинул взгляд. Невролог мрачно взглянул на него в ответ:

— Ну теперь тебе конец, Мэтьюс. Молись, чтобы ты оказался прав, а не то я заставлю Исполнительный комитет лишить тебя всех регалий.