Ну, и напоследок то, что я собирался говорить в следующий раз. Иногда спрашивают: «Почему это вы плохо относитесь к демократии? Вот Европа, где люди так хорошо живут, и едут туда, а от них к нам вот чего-то не очень едут. И все, что они делают, прежде всего, защита прав человека, забота о правах человека, – это ведь и демократия и вот это очень-очень хорошо». Вот вкратце как анонс. Видите ли, плесень на сыре – это еще не сыр. Побочное действие лекарства – это еще не лекарство. Издержки и передержки демократии – это еще не демократия.

А Жюль Верн по смерти удостоился триумфа, который выпадал только нескольким литераторам во всей мировой истории.

Экономика, правда и война

Почему есть мост имени Ахмата Кадырова, но нет моста имени Майкопской бригады, горевшей в Грозном? Она внесла меньший вклад в дело оставления усмиренной Чечни в составе России?..

19 июня 2016

– Очевидно, о чем подумать насчет прошедшей недели – главным событием должен был бы стать экономический форум в Санкт-Петербурге, который когда-то задумывался как аналог российского Давоса. Подготовка к форуму была весьма серьезная, многосторонняя. Нужно просто немножко подумать и обобщить факты, тогда становится понятнее масштаб. А именно.

В конце концов, нужно отмечать свои успехи; нечего напирать на сплошные недостатки – это неправильно. Наконец сошел со стапелей Балтийского завода корабль. Не просто корабль – крупнейший в мире атомоход, ледокол, очередная «Арктика» (ну, потому что была уже «Арктика»), 173, помнится, метра длины – соответствующие размерения корабля – 34 ширины, водоизмещение решительно не помню, не сообщали. Но обещают, что этот ледокол сможет обеспечить круглогодичную эксплуатацию Великого Северного морского пути, способен ломать 3-метровый лед. Если так, то это очень и очень серьезно.

Не будем язвить по поводу того, что собираются возить и куда этим великим морским путем, и, может быть, если все растает, то не понадобится ледокол – это все шутки. А на самом деле, это, действительно, серьезный успех – колоссальный корабль. Ну что вы! Это очень серьезная работа.

Всё это, как вы понимаете, было приурочено к форуму, потому что не бывает, чтобы много чего было одновременно.

Тогда становится понятнее, почему мост наименовали именем Ахмата Кадырова именно тоже к форуму, к приезду Путина в родной город на берега Невы, чтобы всё оно было вместе радостно, политкорректно, с нашей точки зрения. Но, вы знаете, без накладок ничего в жизни не обходится.

Трудно сказать, это, действительно, были какие-то искренние негодяи, русофобы или другие какие-то провокаторы, которые мгновенно украсили этот мост транспарантом: «Убивайте русских столько, сколько сможете!» – и в скобках имя автора: «Ахмат Кадыров». Ну, сказал когда-то такое Кадыров, но это до того, как он стал другом России, до того, как он стал лидером Чечни, которая вошла в состав Российской Федерации, и так далее. Ну, транспарант, конечно, сняли.

Но то, что там нарисовали большой портрет полковника Буданова, который был судим за изнасилование и убийство чеченской девушки-снайпера… Была она снайпером, не была – никто уже никогда не восстановит. Но после того, как он отсидел и вышел, его убили на улице. Было такое дело.

В связи с этим один из заданных вопросов: «А почему, собственно, нет моста имени Майкопской бригады, которая воевала в Чечне, в большой степени погибла, сгорела, а кому-то из взятых в плен перерезали горло? Она тоже, в общем, внесла лепту в то, чтобы был мир в границах Российской Федерации». Отвечаю: Не знаю, но, в общем, должен быть, конечно, мост имени Майкопской бригады, в конце концов.

Еще. Была приурочена спортивная победа. То есть Федор Емельяненко с Мальдонадо встречался тоже в Санкт-Петербурге в дни форума. Вы знаете, Федор Емельяненко, судя по всему, прекрасный человек. Вот почитать о нем разные отзывы – хоть партнеров, хоть сторонних людей – он добрый, он скромный, он нормальный, у него колоссальная реакция, он хороший боец.

Но, другое дело, что мне не нравится сам этот вид единоборства не то что без правил, а со смешанными правилами, когда один сидит верхом на другом и лупит его двумя кулаками по роже в кровь; мне это не представляется эстетичным, это, вы знаете, не бокс, в котором требуется немалое искусство, это нечто все-таки что-то более грубое.