Читаем Подумать только!.. полностью

И вдруг пошел веер заголовков, что Си Цзиньпин так рад этому мороженому, он так пришел в восторг от этого мороженого, которое преподнес ему Путин! Он пришел в восторг от русского мороженого, которое преподнес ему Путин! Вы знаете, холуи не знают меры. То есть можно подумать, что начальник Китая – это туземец, у которого пошла слюна при виде стеклянных бус. Граждане, ну кто же вас просит столь неприлично прогибать позвоночник? То есть конец всему! Главное событие: начальник Китая пришел в восторг от мороженого, которое ему преподнес начальник России. Да вы чего, с ума сошли, что ли?! Так что все очень интересно.

Меркель и Олланд отказались встречаться с Путиным втроем, поэтому вроде бы они теперь будут встречаться с Путиным по отдельности. Будут, не будут – вроде бы собираются.

Терезу Мэй мне все время хочется называть Ванессой Мэй. Просто Ванесса Мэй мне гораздо больше нравится. Потом, она на скрипке играет хорошо. Но посмотрим, что сделает Тереза Мэй. С ней Путин тоже встречался. Это называется «и в духе взаимопонимания беседовали по интересующим обоих вопросам». О чем они говорили?

Но главное-то что – что эта конференция, разумеется, это всё лыко в ту же самую строку. Есть новое слово «инклюзивная». В русском языке «инклюзивное» слово довольно новое. Инклюзивное – это означает: ну, давайте все вместе. Вот метла – это инклюзивно связанные прутья, например. То есть развитие глобальной экономики – вон она вся вместе, вот все вместе, сплошная кооперация, разделение труда. Ну, и кроме того, вот не-не-не, никаких вот этих протекционистских мер. «Никаких протекционистских мер» означает: кто выкинет более дешевый товар, тот вышвырнет конкурента с площадки, а то, что у конкурента в государстве люди разорятся, маргинализируются, сокращается количество работяг, сокращается численность среднего класса – это всё не важно для нас, главное – глобальная экономика и общее благо. Вот это мне не нравится.

Мы не будем сегодня, наверное, говорить о Трампе, который вышел вперед Хиллари, потому что нельзя же каждый раз… Но вот это то, против чего выступает как раз Трамп, и с чем согласно подавляющее большинство нормальных американцев. Нормальными я чисто условно называю тех, кто, в общем, и создал эту страну, кто является ее становым хребтом и одновременно мясом, каковым ни мясом, ни становым хребтом не являются разнообразные меньшинства. Это совершенно отдельный разговор.

Вот это, понимаете, то, что происходит у нас в этой самой «большой двадцатке». Особенно мне нравится, конечно, восторг от мороженого.

И в заключение. Бурно комментировали: Франк-Вальтер Штайнмайер, то есть министр внутренних дел ФРГ сказал, что «надо бы нам, может быть, Россию вернуть обратно в «большую семерку», чтобы она опять стала «большой восьмеркой», чтобы мы обо всем договаривались». Мгновенно все стали комментировать: «Как вы к этому относитесь? Что это значит: они виляют хвостом, они ползут обратно, они зовут нас обратно?»

Кремль отреагировал, если я не ошибаюсь, только устами Пескова, естественно, что, «в общем, а зачем нам туда возвращаться? Вот есть рамки «большой двадцатки», зачем нам «семерка», «восьмерка»?» – и прочие девятки, десятки, туз… Но дело в том, что министр внутренних дел ФРГ в общем и целом никак не уполномочен такие вопросы решать. Фраза эта некой официальной не является, веса политического не имеет. И была у нас раскручена как тарелка на пальце, чтобы показать, что вот опять хотят звать в «семерку», а мы им говорим: «Да не больно-то и хотелось, сидите там сами». Так что, по-моему, события происходят очень интересные.

Сделать бы всех здоровыми, но начиная исправлять природу, сталкиваетесь с непредсказуемыми следствиями.

И вот, что касается вопросов, очень хотелось бы сегодня ответить на большое количество вопросов, потому что вопросы сегодня есть просто очень даже интересные. Вот Стана‑1958: «Пытался найти в Интернете источник фразы «Солдат не жалеть – бабы еще нарожают», – ну, у меня не так приводится, – в конечном итоге расследование привело к вашему рассказу «Трибунал». Если можно расскажите вашу точку зрения на этот вопрос. Спасибо. Станислав. Москва». Спасибо, Станислав. Это очень интересно, что Интернет – ну, в Интернете все-таки не все есть, не все произведения оцифрованы, особенно, когда речь идет о мемуарах, особенно, когда речь идет о документах. Таким образом, когда я это написал в рассказе «Трибунал», который был написан около 2000-го года, я сейчас не помню точно, я повторил то, что в документальной прозе, в воспоминаниях, в дневниках приводилось многократно, что фраза эта была расхожей, к сожалению, к стыду, к позору, к скорби во время войны. И звучала она примерно: «Что, норовишь, без потерь воевать? Войны без потерь не бывает. А бабы новых нарожают. Ты мне приказ исполни». Это были расхожие вещи. Назвать сейчас первого невозможно. У нас перерыв на новости.