Читаем Подумаешь, попал полностью

артиллерийскую колонны. Тихоходные тягачи, внесли сумятицу в этот поток, хорошо еще что в основном, он был в одном направлении. Через полчаса оглянувшись, я увидел, что вслед за нами движется не наш додж, а полуторка с какими то ящиками, вслед за ней студебеккер с характерным покатым верхом, крытым брезентом. «Катюша»-догадался я, таких машин позади, было с десяток. Я приказал просигналить Синицину, чтоб он притормозил. Тот понял правильно, и автомобиль с ним остановился, вильнув на обочину. Мы поступили так же и стали ждать. Проехали мимо гвардейские минометы, промелькнули ЗИСЫ с каким то грузом. А нашей машины все не было. В конце концов Синицын, кое как развернув свою машину, поехал искать потерянный додж. Постоять пришлось чуть ли не с час. Наконец подкатили наши доджи, и встали за нами.

Майор Синицын поспешил доложиться. Рассказ его был, немного с юмором.

Замыкающий додж вел молодой, еще не опытный водитель, и когда с развилки с права, в общий поток вклинились тягачи с артиллерией, тот растерялся и оказался зажат между двумя тихоходными махинами, не туда не сюда. Полковник, командир этой артиллерийской -колонны, заинтересовался доджем. Он гарцевал на коне, и потому, не был стеснен общим потоком.

– Понятно, – сказал я. Этот полковник увидев, что машина следует без офицера, попытался отжать её. Синицын кивнул. – И вот что гад сделал, приостановил свою колонну, сведя ее на обочину, сам со своим конем не давал вырваться из нее нашим. Короче, машину согнали в кювет и началось. Документов на машину не каких, у солдат только личные книжки, причем только у Панкова Павла отметка, что он из гвардейской танковой бригады. Полковник как не стращал его, тот в ответ грозил автоматом и генеральским гневом, и тут я подкатил. Конечно майор, полковнику не указ, но когда я пригрозил особым отделом, тот сразу пошел на попятный, его ребята помогли вытолкать машину на дорогу, и вот мы здесь.

 Я сплюнул, столько время потратили. Поехали тем же порядком, только учитывая происшествие, в последнею машину, пересел Травченко, а в мою Павел. Пришлось ехать ночью. Свернули с основной дороги, и чуть не заплутали. Пару раз эмка вязла в грязи,

но это нечего. Хоть фары были и притушены, но все равно привлекали подвижные патрули. Что тоже, задерживало наше продвижение. Впрочем когда наткнулись на следующий, тот нам помог, отыскать нашу бригаду недалеко от Воронежа.

Воронин отрапортовал.

– На данный момент в бригаде в строю, двадцать средних танков и три легких.

Значит кое какие, машины после ремонта встали в строй, что же не плохо.

Неподалеку находился и самоходный полк, майора Сасковца. Я вспомнил про Телепина и его сбежавшего сына. Воронин усмехнулся. – Ну да, целая история. И потом уже серьезно сказал.

– Пришлось зачислить парнишку в бригаду, стервец грозился вновь сбежать, если в тыл отправят, так пусть пока под приглядом отца побудет, тот в наказание, влепил ему пять нарядов вне очереди, сейчас на кухне отрабатывает.

– Хорошо. Я зевнул, и решил поспать, а после обеда заняться делами.

– Тебе кстати подполковника присвоили, как и Хрипунову, ну и еще кое кого, не забыли.

– Я Бровкина, тоже на роту поставил,– сообщил обрадовано новоявленный подпол.

Я кивнул. – Ему с Толбухиным, старших лейтенантов дали, ну все о делах, надо поспать немного, а то сутки в дороге без сна.

Воронин, уступил свою кровать. Проснулся от шума, кто то с кем то ругался.

Я взглянул на наручные часы, швейцарские, трофейные, было половина третьего дня.

Во дворе, кто то на кого то орал, ругался, стращал. Вставать все ровно надо было, я оделся, обулся, перепоясался ремнем, шинель одевать не стал. На улице уже было, относительно тепло, все таки на юг переместились. Во дворе около хаты, толпился народ, все офицеры, все знакомые, кроме одного майора, в черной кубанке на голове.

– Кончай перепалку, – крикнул я, вклиниваясь в средину.

Все моментально стихли. Я начал здороваться с теми, кого еще сегодня не видел.

Майор Брежнев, Майор Хрипунов, майор Сосковец, подполковнику Воронову, который успел прицепить звездочки кивнул, как и Травченко с Синицыным.

– Здорова Артур Николаевич, чего шумишь?

Мы машинально пожали друг, другу руки.

– Японский городовой, Витька? Мы обнялись.

– Комбриг Гаврилов, представился майор в кубанке. И тут же пояснил.

– У плетня, мой Орлик привязан был, а тут товарищ полковник, на гнедом подъехал,

в общем кони чего то не поделили, товарищ полковник не удержался в седле упал,

слегка зашибся, ну и поднял ор.

Перепалка, вновь возобновилась. – А чего твой мерин, на моего Самурая кусаться полез.

– Это тот полковник, что наш додж, умыкнуть хотел. Шепнул мне Синицын.

– Этот может, – ответил я ему. И наконец перекрывая шум, представился.

– Командир 7-го танкового корпуса, генерал – майор Кропоткин, кто еще не знает.

Мои знакомцы представились друг, другу, как и оказалось, Гаврилов командовал той самой бригадой кавалеристов, что вырвалась из окружения, она была передана мне, и находилась в стадии переформировки.

А вот Вяземцев, меня удивил, он вместо двух обещанных дивизионов, привел три