— Тогда факты будут соответствовать твоей истории, — ухмыльнулся он. — Запомни все, что я тебе рассказал. Ты видел мужчину в большом «бьюике». Он выглядел немного усталым. Не следил за дорогой. Ехал в крайнем ряду. Хотел обойти машины, увидел, что не получается, и вернулся в прежний ряд, но ехал быстрее передних машин. На перекрестке Седьмой и Главной улиц — светофор. Он переключился на красный. Впереди идущие машины затормозили и встали. У того мужчины оказалась запоздалая реакция, и он врезался в переднюю машину. А теперь, что тебе особенно бросилось в глаза? Ты видел, как девушка от удара дернула головой. Очень, очень сильно дернула. Ты на какое-то время остановился и увидел, как транспорт медленно объезжает обе машины, как из одной вышел мужчина, из другой — девушка, как они обменялись адресами из водительских удостоверений, как мужчина прошел вперед, оценивая повреждение — из радиатора капала вода.

Потом они с девушкой вернулись в свои машины. Ты пошел дальше.

— Где я стоял? — спросил я. — Они захотят знать точное место.

— Давай подписывай. Покажу тебе точное место.

— А как письмо отправить? — поинтересовался я.

— Я сам позабочусь, — ответил он. — Ну, давай же!

Сейчас пойдем на улицу и я покажу тебе точное место, где ты стоял и где случилось то происшествие. Потом отправимся в отель «Перкинс». Закажу тебе номер с ванной… Из одежды что-нибудь имеется?

— Нет.

— Ладно, получишь бритву, зубную щетку и что-нибудь из чистого белья. Будешь находиться в номере.

— Как долго?

— Пока не скажу, что можешь съезжать.

— А сходить поесть и…

— Да, черт побери, конечно, — сказал он. — Можешь сходить поесть. Можешь побродить по городу. Можешь зайти к Дорис, если хочешь. Но держи связь с отелем.

Каждый час или около того появляйся там и интересуйся, не было ли звонков.

— А когда позвонят, что?

— Ты видел происшествие.

— Кому я должен это сообщить?

— Любому, кто спросит.

— И что я с этого имею?

— Во-первых, забудем, что ты шуровал в моей машине, — начал перечислять Бедфорд. — Во-вторых, ты получаешь оплаченный номер в отеле и вот тебе на расходы. — Вынув из кармана пачку банкнотов, он вручил мне две — двадцатку и десятку. — Когда кончишь дело, — добавил он, — получишь сотню зеленых.

— А как насчет двухсот пятидесяти долларов, упомянутых в объявлении?

— Эти не получишь.

— А кто получит?

— Не ты. А теперь хватит трепаться. Разводить церемонии нет времени. Или соглашаешься, или я снимаю трубку, звоню фараонам, говорю, что поймал малого, который вчера шуровал в моей машине, и даю показание, что ты зачистил изоляцию и закоротил зажигание.

— Подпишу, — сдался я.

— Так-то лучше, — обрадовался он. — Ставь подпись вот здесь.

Я подписался.

Он сложил бумагу и положил в карман.

— Пошли. Покажу, где ты стоял во время аварии.

Глава 3

Бедфорд провел меня до Главной улицы, потом мы дошли до квартала между Седьмой и Восьмой.

— Авария произошла вон там, у перекрестка, — показал он.

Я остановился, чтобы посмотреть на перекресток.

— Нет-нет, — предупредил Бедфорд, — гляди на ходу.

Не останавливайся. Дойдем до угла, перейдем улицу, потом свернем налево и пойдем в направлении Шестой улицы. Остановимся у витрины, повернем обратно и вернемся на угол Седьмой и Главной, снова перейдем улицу и двинемся к отелю «Перкинс». Так что у тебя будет возможность разглядеть все. Теперь запомни — перед машиной, которую стукнули, было еще две или три. Ты не помнишь точно, но уверен, что та, которую стукнули, не стояла под светофором. Ты заметил машину, которую вел Холгейт, хотя, конечно, тогда ты его не знал, но он явно проявлял нетерпение, вывернул влево, пытаясь обойти передние машины. Но почему-то передумал. Видно, Холгейт понял, что не удастся, — ты точно не знаешь — и вернулся в крайний ряд, но ехал довольно быстро. На перекрестке зажегся красный, весь ряд остановился и…

— Насколько помню, — перебил я его, — сначала был желтый. Самая передняя машина успевала проскочить, но водитель предпочел затормозить.

Бедфорд, словно дрессировщик умную собаку, одобрительно потрепал меня по плечу.

— Дональд, — сказал он, — а ты малый ничего. Молодчина! Давай рассказывай дальше.

— Ну, — продолжал я, — всем пришлось тормознуть, но «бьюик», который вел, как я теперь знаю, парень, которого зовут Холгейт, двигался и не остановился, пока до передней машины не осталось всего три-четыре фута, и тогда, видимо, впервые, он заметил, что передние машины встали. Он так ударил по тормозам, что я услыхал, как коротко визгнула резина, а уж потом послышался удар.

— И что дальше?

— Остальные машины уехали, а эти две остались.

Девица из спортивного автомобиля, которую стукнули, вышла наружу, потирая шею. Выглядела она несколько очумевшей. Сначала шагнула вперед, потом повернулась и пошла назад, к шедшему навстречу Холгейту.