Читаем Подруга полностью

Вся процессия, под негромкую мелодию гимна империи, прошла до ступенек, ведших на небольшую площадку с тронами. Точнее, это были разного размера кресла, изготовленные в стародавние времена, и не сказать, что очень удобные. Иллис как-то даже пожаловалась Майе, что сидеть на них в строго оговоренных протоколом и традициями позах было сущее мучение. В том же порядке, как и шли, семья заняла положенные по статусу места и замерла. Майя, обнаружив около ног принцессы правее трона небольшую подушку, быстро примостилась на ней. А потом неторопливо подобрала ноги, вытянула их в сторону от трона по площадке и оперлась плечом о ножку трона принцессы. На нее и так было обращено повышенное внимание. О том, что у Иллис появилась личная рабыня и при каких обстоятельствах, знали конечно же все. Этот факт долго обсуждался в прессе. Но видели ее до сих пор редко. Появление рабыни на большом приеме произошло впервые за последние почти двести лет. Поэтому повышенный интерес был обеспечен. Тем более что многие хорошо знали и обстоятельства охоты на нее. Традиционный наряд рабыни не оставил равнодушным мужскую половину гостей. При этом женщины кривили презрительные гримасы и старались разглядывать рабыню украдкой, но с не меньшим любопытством. Принятая Майей поза полностью соответствовала одному из изображений в исторических книгах и заставила невольно любоваться изящной фигуркой девочки даже послов, старавшихся сохранить лицо. Что, впрочем, тоже не каждому из них удалось.

Иллис, все еще недоумевая по поводу сигнала, поданного Майей перед входом, внимательно следила за ее действиями. Но говорить приходилось очень тихо, почти не шевеля губами. Причем, чтобы не нарушать протокол Большого приема, смотреть требовалось строго перед собой или на стоящего перед отцом посла с вежливо-нейтральным выражением на лице.

– Ты что-то задумала? – на грани слышимости обратилась она к Майе.

– Сейчас увидишь. Только потом тебе придется думать над моим наказанием, – Майя ответила так же тихо, просто нагнула голову, чтобы зрители не увидели ее губ.

– Поняла. Можешь порезвиться. Хоть какое-то развлечение. И в следующий раз пусть думают, что делают, – сердито закончила принцесса и приготовилась к представлению.

Иллис сделала вид, что не заметила укоризненного взгляда мамы, которая услышала шепот, но не поняла, о чем идет речь. В конце концов, ну что может сотворить девчонка рабыня, будучи у всех на виду.

– Ты знаешь, для чего так одевали девушек? Нравы-то тогда были построже, чем сейчас?

– Ну, чтобы унизить, – предположила Иллис.

– Хм-м. Иль, к трону допускались только доверенные рабыни. Многие из них были воспитанницами или подругами детства и личными телохранителями.

– Тогда не знаю. А зачем?

– Послов гонять. Если очень надоедали или не нравились. Император давал сигнал, и начиналось представление. Я читала, такие приемы для неугодных послов были хуже каторги, – совершенно серьезно прошептала Майя.

– А как? – Иллис постаралась представить, как почти голая девица с воплем срывается с места и начинает гонять чем-то не угодившего посла. Но только еще больше запуталась. О таких скандалах на занятиях ей никто не рассказывал.

– Посол империи Аринол, лорд Линдерский, для вручения верительных грамот. – Церемониймейстер торжественно объявил первое действие начинающегося спектакля под названием Большой императорский прием.

– Сейчас увидишь, – прошептала Майя. И подумала, что после исполнения задуманной мести император ее точно добьет. «Ну и пусть, зато запомнит», – в мрачном азарте решилась Майя.

Высокий, на удивление молодой, человек вышел из общего строя послов и с достоинством поклонился. При этом на рабыню в ногах принцессы он посмотрел откровенно презрительно-оценивающим взглядом.

– Вот же…. – Иллис тихо ругнулась, почему-то восприняв такой взгляд как личное оскорбление. – Он еще, наверно, и извращенец!

Майе тоже не понравилось такое поведение посла.

– Ваше величество, – торжественно и громко начал приветственную речь посол. – Мой император через меня приветствует вас, своего собрата, и вашу семью. И надеется на продолжение добрососедских отношений между нашими империями.

– Рад приветствовать посланника своего собрата. Прошу вас передать ему мои наилучшие пожелания.

Посол снова церемонно исполнил поклон.

– Позвольте выразить свое личное восхищение и пожелать здоровья всей вашей семье.

Посол обвел всех взглядом и снова буквально облил презрением Майю. Иллис тихо втянула в себя воздух, явно пытаясь сдержаться. Императрица с беспокойством покосилась на дочь. Подсказанная кем-то из приближенных идея выставить рабыню в таком виде все меньше ей нравилась. А фраза дочери о соответствующем поведении начала напрягать.

Посол тем временем перешел к выражению своего глубочайшего уважения, восхищения и прочего членам семьи. Но к счастью, он сильно не задержался со своим выступлением, и ее величество с облегчением перевела дыхание. Она видела, как ее дочь начинает заводиться и терять над собой контроль.