Читаем Подручный смерти полностью

Дежурный зашагал вперед, парень семенил за ним. У номера он остановился и подергал ручку, дверь не открывалась.

– Он что, изнутри заперся, начальник твой?

– Наверное… Ужас какой-то! – вполголоса затараторил «ботан». – Вы бы слышали, как он орал!.. Лежит и машет руками в воздухе!.. Помогите! – вопит. – Убивают!.. А рядом никого, кроме меня… Представляете?..

– Пили? – сухо осведомился дежурный.

– Нет, что вы!.. Только чай. Переведите меня в другой номер до утра! Я с ним ни минуты не останусь!

– Точно не пили?

– Клянусь! Дыхнуть?

– Ладно, верю.

– Думаете, у него «белочка»? – засомневался очкарик. – Вряд ли. Он трезвый был, как стеклышко. И вообще… он почти не пьет. Мы с ним вечером болтали о том о сем. Мы археологи!

– По-твоему, археологи не пьют?

– Он трезвый был, – стоял на своем парень. – Это как раз и пугает! Если бы спьяну… тогда другое дело. Что я, не понимаю?

– А как у него со здоровьем? Может, он псих?

– У него горло болит. Ангина.

– Тогда все ясно. Температура высокая, бред. Ему врач нужен.

«Ботаник» сразу изменился в лице, расслабился. Предположение дежурного успокоило его.

– Точно! Температура! Как я сразу не догадался? Фу-у-у! Это меняет дело. Ему бы аспирина выпить не помешало. Где тут у вас аптека?

– Далеко.

Дежурный нахмурился и полез в карман за ключами от номера. Но открывать не спешил.

– Может, ты сам чего накурился? Травку употребляешь?

– Я не наркоша, – обиделся очкарик. – Курю обычные сигареты.

– Ладно, как его зовут, начальника твоего?

– Михаил… Михаил Слепцов! Он хороший человек… только странный немного.

Дежурный ощутил неприятный холодок под ложечкой, зачем-то перекрестился и открыл номер служебным ключом…

* * *

Москва

Ренат в теплой жилетке и шерстяных носках сидел в гостиной за ноутбуком. Лариса наблюдала за его действиями. Он пытался нарисовать в фотошопе некий женский образ. Молодое тело, покрытое цветными тату, косички, скуластое лицо с раскосыми глазами…

– Черт, не клеится!

– А по-моему, шикарно. Ну и кто она?

– Так, никто, – отмахнулся он. – Соскучился по бывшей работе. Я же все-таки художник.

– Дизайнер по интерьерам, – заметила Лариса.

– Ну и что? Я не имею права рисовать женщин? Ты ревнуешь?

– Допустим, – солгала она. – Тебе нравятся татуировки по всему телу? Почему я до сих пор не слышала об этом?

Ренат промолчал. У него начинался приступ. Он сдерживался, пока мог, потом разразился надрывным сухим кашлем.

Лариса побежала в кухню за теплым молоком. Когда она вернулась, кашель стих, а Ренат был полностью поглощен рисунком.

– Что с тобой?

– Ты имеешь в виду бронхит? – вскинулся он. – Очередное обострение.

– Я принесла молоко с медом. Выпьешь?

– Потом…

Он чего-то недоговаривал, не хотел с ней делиться. Женщина на его рисунке становилась все более живой.

– Почему она голая? – спросила Лариса.

– Татуировки… Под одеждой их не будет видно.

– Такая необходимость их видеть?

– Угу…

– Кто эта женщина, Ренат?

– Не знаю.

Он правда не знал. Отвечал односложно, потому что боялся выказать свой страх. Ему казалось, этот рисунок что-то прояснит, сделает понятным.

Лариса села рядом, сложила руки на коленях и проговорила:

– Она стреляла в тебя в твоем бреду?

– Не знаю! – напрягся он. – Я плохо помню.

– Тебе известно, что бреда не существует. Это фрагменты иной реальности. Вернер учил нас любую мысленную картинку принимать всерьез. Ты уже имел возможность убедиться в его правоте. Мы не зря посещали его клуб.

– Чертов клуб!.. Он перевернул нашу жизнь! Теперь все не так, как раньше.

– Разве мы не сами этого хотели?

Ренат оторвался от рисунка и поежился. Его бросало то в жар, то в холод. Он понимал, что Лариса хочет ему помочь. Ее настойчивость почему-то раздражала его.

– Отстань, а?

– Вот, как ты заговорил? – притворно рассердилась она. – Грубиян!

– Прости, я погорячился. В голове ужасная муть… я не выспался, тело как побитое, а тут еще ты со своими вопросами.

Лариса показала пальцем на экран ноутбука и осведомилась:

– Ты ее боишься?

– Она опасна, я чувствую.

– Где ты мог ее видеть? Кроме бреда, разумеется.

– Нигде. Я даже в бреду ее не видел! Откуда этот образ – ума не приложу. Решил запечатлеть, чтобы разобраться. На кого она похожа, по-твоему?

– На какую-то монголку… Она точно азиатка. Разрез глаз, скулы… Дикая степная красота. Вряд ли сейчас можно встретить такую женщину. От нее веет древностью…

– Ты считаешь?

Ренат хлебнул теплого молока, чтобы не обижать Ларису. Она заботится о нем, а он ведет себя, как неблагодарная свинья. В груди у него саднило, от слабости на лбу выступил пот. Он достал из кармана носовой платок и промокнул лицо. Женщина в татуировках презрительно щурилась. Да нет! Это у нее глаза узкие.

– Выходит, во сне в меня кто-то стрелял, – неуверенно молвил Ренат и кашлянул. – Вдруг, сон вещий? И в меня будут стрелять. Все путается, наслаивается друг на друга. Непогода… горы… выстрелы…

Он содрогнулся, плотнее запахнул жилетку. Лариса не сумела осуществить телепатическое подключение к женщине, изображенной на экране ноутбука – ее словно током ударило. Она дернулась, и это не ускользнуло от внимания Рената.