Читаем Подозреваемые полностью

— Ты уверен, что мы тебе больше не понадобимся? — поинтересовался Колон.

— Уверен, — ответил Скэнлон, не отрывая глаз от бумаг.

— Кто-нибудь хочет попробовать пиццу? — предложил Лью Броуди.

— Я! Давай ее сюда, — закричал Крошка Биафра. — Моя жена ушла с детьми на выставку Мане и оставила меня голодным.

Гектор Колон подошел к раковине и налил стакан воды. Он начал пить, но вдруг резко отбросил стакан и закричал.

Хиггинс обернулась к нему.

— Гектор, в чем дело?

Его лицо брезгливо перекосилось.

— Я проглотил таракана.

— Ну и что? — спросила Хиггинс. — Я что-то не вижу причин для беспокойства. Таракашки очень чистоплотные существа.

Кашляя и пытаясь прочистить горло, Колон недоверчиво взглянул на нее.

— Ты уверена?

— Конечно, уверена, — сказала она, с удовольствием разглядывая свое отражение в зеркале.

— Ну-ка, объясни, что ты имеешь в виду?

— Да ничего особенного, просто я подумала, вдруг это была беременная тараканиха.

— Что? Объясни, о чем это ты?

Хиггинс состроила гримасу.

— Разве ты не знаешь? Самки тараканов откладывают семь или восемь сотен яичек за раз. А твой желудок — теплое, влажное и темное место. Это будет прекрасный домик для маленьких тараканчиков. Короче говоря, ты станешь настоящим гнездом для огромной колонии тараканов, они полезут у тебя из всех пор.

— Аааааа!.. — заорал Колон, выбегая из дежурки.

— Кажется, он пошел прогуляться, — со смехом сказала Хиггинс, доставая помаду и подкрашивая губы. — Вот уж никогда не подозревала, что Гектор так болезненно реагирует на тараканов.

— Еще бы, — отозвался Скэнлон, с трудом сдерживая смех. — Ты собираешься уходить?

— Нет, мне надо составить еще одну бумагу. И вообще, судя по всему, я самый лучший работник в участке.

Хиггинс гордо удалилась, стуча каблучками.

Скэнлон занялся почтой. В первом конверте лежал фоторобот какого-то усача и протокол допроса свидетеля, видевшего, как этот человек входил и выходил из «Кингсли-Армс». Скэнлон внимательно прочитал документ и вгляделся в лицо на фотороботе. Что-то в этом лице показалось ему очень знакомым. Он попытался представить его без усов. Кто бы это мог быть? Скэнлон открыл папку с делом Галлахера — Циммерман и стал просматривать каждую страницу. Он достал фотороботы, составленные со слов свидетелей этого преступления, и поставил их перед собой. Ничем не примечательное лицо пожилого мужчины. А усач — молодой человек лет тридцати. В другом конверте был фоторобот водителя фургона, составленный по описанию Уолтера Тикорнелли. Моложавое лицо, солнечные очки, надвинутая на нос шляпа. Скэнлон вспомнил, что Тикорнелли видел водителя только в профиль.

Перед ним стояли три фоторобота, и он попытался сравнить их. Больше всего его занимал портрет старика. Он был очень не похож на остальные, тогда как два других фоторобота, казалось, изображали одного и того же человека. Он откинулся на спинку стула и устало потер глаза. Зазвонил телефон. Скэнлон поднял трубку.

— Лейтенант Скэнлон.

— Лу, это сержант Витали. Мы знакомы по Колумбийскому университету.

— Как ты, Вик?

Вик Витали выставил свою кандидатуру на пост секретаря ассоциации полицейских итальянского происхождения, но не добрал двенадцать голосов.

— Лу, мне только что позвонили из больницы Святого Иоанна. У них там один из ваших детективов. Он в невменяемом состоянии и кричит, что у него внутри тараканье гнездо. Будто бы они прогрызают ему кишки и скоро полезут наружу! Мы отобрали у него оружие.

Скэнлон фыркнул. «Я, кажется, знаю, чья это работа», — подумал он, поглядывая на Хиггинс, весело болтавшую по телефону.

— Что нам делать с этим шутником? — спросил Витали.

— Объясните ему, что это был всего лишь розыгрыш. Где он сейчас?

— Его связали и заперли.

— Задержите его ненадолго. Я сейчас пошлю за ним детектива Хиггинс.

— Хорошо, Лу. Будет сделано. Я надеюсь увидеть тебя на очередном собрании организации.

Скэнлон вышел в дежурку, рассказал Хиггинс, что произошло, и предложил ей прогуляться до больницы.

— С удовольствием, лейтенант, — ответила Хиггинс, собирая свои вещи.

Скэнлон вернулся в кабинет и взялся за работу. Теперь он просматривал копии рапортов с места убийства Стэнли и Рэчел Циммерманов. К ним прилагались фотографии «Кингсли-Армс» с сопроводительными записками, снимки спальни, где были убиты супруги. Последней лежала фотография сломанного замка от двери, ведущей на крышу. Скэнлон просмотрел снимки отпечатков каблука и ступни, найденных на крыше «Кингсли-Армс». Он заметил, что отпечаток был небольшим и узким, сравнил его со своей ногой.

Скэнлон прочитал сопроводительные документы. Из них было ясно, что преступник был ростом 5 футов 11 дюймов и весил около 185 фунтов. Внимательно проглядев отчет, Скэнлон еще раз перечитал фразу: «Рисунок подошв позволяет сделать вывод, что преступник был обут в ковбойские сапоги».