Читаем Подменыш полностью

Однако после нескольких разговоров чародеи заметно успокоились и начали воспринимать меня всерьез. Я тоже успела сделать выводы о каждом из них. Авдей Большеславович был самым строгим и серьезным, а ледяной Бахтияр – самым улыбчивым и смешливым. Владислав оказался самым подозрительным и дольше всех относился ко мне с недоверием. Зато Мустафа в конце первого же сеанса связи восхитился цветом моих глаз и пригласил к себе в гости.

Об Игнате в течение прошедшего времени не было ни слуху, ни духу. Сегодня братья также явились на встречу без него.

– Приветствую великих магов навьей земли, – сказала я мужчинам, подойдя ближе.

– Рады видеть вас, Матрена Васильевна, – ответил Авдей Большеславович.

Остальные цмоки вежливо склонили головы. Владислав хлопнул в ладоши и перед нами появился столик, на котором лежал бумажный свиток, перевязанный красной ленточкой.

– Игнат договор о сотрудничестве подписывать не будет? – поинтересовалась я.

– Он его уже подписал, – ответил Мустафа. – Мы просто не стали брать Игната с собой. Во избежание непредвиденных ситуаций.

Цмок развернул свиток и показал магический знак, начертанный чем-то красным в нижней части документа.

– Вы уже выпустили Игната из-под ареста?

– Конечно, – кивнул Авдей. – Брат по-прежнему остается одним из пяти хранителей Нави и должен выполнять свои обязанности. Не беспокойтесь, Матрена, он вас больше не потревожит. Если, конечно, вы сама не станете искать с ним встречи.

Маг придвинул ко мне документ. Я отлично знала его содержание, но на всякий случай еще раз пробежалась по нему глазами.

В свитке говорилась, что я, Матрена Васильевна Усова, признаюсь чародейкой, чей уровень колдовской силы может представлять опасность для магического равновесия Нави. В связи с этим негласные хранители равновесия заключают со мной договор о сотрудничестве и взаимопомощи. Далее по пунктам перечислись наши права и обязанности.

В частности прописывалось, что я могу свободно посещать Навь в любое удобное время, а также упражняться в магических искусствах, при условии, что эти упражнения не приведут к кардинальному изменению ландшафта и не разбудят змеиного царя.

В политической сфере мне надлежало держать нейтралитет и не вмешиваться ни в какие конфликты, за исключением ситуаций, когда цмокам могла понадобиться моя помощь для поддержания или восстановления магического баланса.

Со своей стороны цмоки обещали, что не будут беспокоить меня без важного повода, а также причинять какие-либо неудобства моим друзьям или устраивать на них гонения. Змеи также не имели права насильно удерживать меня взаперти, вводить в заблуждение и втягивать в политические и экономические распри.

Следить за соблюдением договора надлежало заклятью, которое активировалось, когда все мы поставили на документе свои подписи.

Я подписала свиток первой – обычной шариковой ручкой вывела на нем свое имя, а потом скрепила его капелькой крови. Цмоки один за другим поставили рядом с моей закорючкой личные магические печати.

После этого Авдей Большеславович сотворил второй экземпляр свитка и передал его мне.

– Того, кто нарушит соглашение, ждет суровое наказание, – сказал чародей. – Сначала частичная блокировка магии, затем физическая парализация, а потом летаргический сон. Вывести нарушителя из этого сна можно лишь общими усилиями прочих магов, подписавших этот договор. При условии, что они пожелают это сделать.

– Каждый из нас должен осознавать серьезность этого соглашения, – добавил Владислав. – И помнить, кто мы такие, и в чем состоит наша работа. Мы – хранители магического баланса, а значит, не имеем права покушаться на него в угоду своим желаниям и амбициям.

– Игнат едва не разрушил наш многовековой жизненный уклад, однако мы должны быть ему благодарны, – заметил Мустафа. – Его стараниями мы обрели сторонника из параллельной реальности, который любит наш мир так же, как и мы. На свете ничего не происходит просто так, и я искренне верю, что этот союз пойдет нам на пользу.

Он протянул мне руку. Я вложила в нее свою ладонь, и остальные цмоки накрыли наши руки своими. Между нашими пальцами вспыхнул и погас магический огонек, а по моему телу разлилось приятное тепло.

Я подняла голову и встретилась взглядом с льдистыми глазами Бахтияра. По тонким губам снежного цмока скользнула улыбка.

– Добро пожаловать в магическую семью, сестра.

***

Вернувшись в лес, я отправилась не в Соловьевку, а к шоссейной дороге, которая серой лентой бежала в сторону города. Там меня тоже ждали – на обочине у старого куста сирени был припаркован вишневый кроссовер.

– Как все прошло? – спросил Матвей, когда я села в машину.

– Прекрасно. Подписали бумагу, пожали руки. Решили, что сволочная выходка Игната должна иметь хорошие последствия.

– Чудно, – Январин завел мотор, и автомобиль тронулся с места. – Если со змеями ты закончила, значит, можно заняться другими делами. Сейчас мы поедем в магазин за пирожными, а потом – к моим родителям.

Я обреченно кивнула.