Читаем Подлецы и герои полностью

Произнеся эти слова, полицеймейстер Багдада внутренне сжался в ожидании вспышки гнева, которая неминуемо должна была последовать за этими словами. Но ее не последовало…

– Интересно. Вы уверены в точности опознания, господин Аль-Бакр?

– Настолько, насколько это возможно, Ваше высокопревосходительство.

Генерал-губернатор потер небритый подбородок.

– Все интереснее и интереснее, господа, не так ли? И что было дальше?

– Воронцов обвинил Кринского в террористической деятельности и сказал, что ненавидит террористов и не собирается им помогать ни на каких условиях. Также он сказал, что их деятельность подрывает общественные и государственные устои, ведет к гражданской войне и краху государства.

– Что, прямо так и сказал? – недоверчиво перебил генерал-губернатор.

– Примерно так, Ваше высокопревосходительство.

– Хм… Лучше бы не сказал и я. И для чего же он тогда встретился с этими людьми, если не собирался им помогать?

– Воронцов обвинил Кринского в террористическом акте в отеле и спросил, зачем они это сделали. Кринский ответил, что это сделали не они и он не знает, кто именно это сделал. Также Воронцов сказал, что знал отца Кринского, бывшего ребе[46], и устыдил его в том, что сын ребе встал на путь терроризма. После чего Воронцов сказал, что только он может им помочь, и Кринский передал Воронцову информацию, полученную им от Голицына. Ту, что мы позволили получить.