Читаем Подельник века полностью

Значит, он приблизится к арке-дефиле со стороны площади и смешается с той частью толпы, которая будет встречать государя и крестный ход снаружи. Первыми от кафедрального Спасо-Преображенского собора повалят хоругвеносцы. Их будет много, пятьсот человек! Следом двинутся священники, эти станут сопровождать главную нижегородскую святыню, Чудотворную Оранскую икону Божьей Матери. Сразу за ними пойдет государь, причем с семейством. А в двух шагах позади – свита, министры, губернатор Борзенко, местные начальники. Непосредственно чинов охраны в такую сановную толпу не всунешь, они останутся в хвосте. Двуреченский прав – здесь, в арке, самое подходящее место для покушения!

Так, думай дальше – приказал себе бандит, охранник и капитан полиции в одном лице. Ты должен встать снаружи. Но где, слева или справа? Какую сторону выберут партизаны? Если после выхода из арки повернуть направо, там помост, на который встанет царь. И место закладки памятника тоже справа. Вроде бы перспективнее тут и затаиться.

А слева у нас что? Слева – Волга, Георгиевская башня Кремля и летний ресторан. Ратманов подумал-подумал и перешел налево. Тут! Тут спрячется убийца, понял он. Правую сторону, где место для торжеств, где царь и все начальство, будут караулить особенно тщательно. А левый фланг вроде как второстепенный. И охранники обойдут его вниманием.

Попаданец отвел в сторону Монахова и изложил ему свои соображения. Не с Дулей же советоваться… Офицер Особого отдела, как человек опытный, согласился с агентом. Они договорились, что встанут на выходе по левую руку, получив на это предварительное согласие Двуреченского, и будут друг друга страховать. Еще согласились, что стрелять ни в коем случае нельзя, иначе можно попасть в невинных людей. Значит, новенькие маузеры окажутся бесполезны. Монахов показал коллеге кастет:

– Придется действовать вот этим.

Жора посмотрел на свои кулаки – ему тоже придется обходиться только ими. Что ж, опытному человеку их хватит. А капитан Бурлак не вчера родился.

Так они и проболтались на посту несколько часов, дожидаясь приезда высоких гостей, пока в десять часов снова не появился Викентий Саввич. Ратманов доложил ему о своих догадках и получил одобрение. Одновременно гиганта Дулю поставили внутри, слева перед аркой, со стороны гауптвахты. Сам коллежский секретарь выбрал себе позицию снаружи справа, со стороны будущего памятника.

Меж тем до приезда царя оставалось меньше часа. Празднично одетый люд все прибывал. Городовые выгоняли зевак из Кремля на Благовещенскую площадь, но те правдами и неправдами проникали обратно. Скоро с ними стало просто невозможно бороться – публики оказалось слишком много. И служивые махнули рукой: что будет, то будет. Как и опасался Двуреченский, толпа победила порядок. Оставалось надеяться на удачу и на то, что слабые силы охраны правильно выбрали себе места…

4

Напряжение в толпе росло. Крепкие дяди в белых летних кителях тонкой линией встали между публикой и проездом. Их сразу начали подпирать сзади. Ратманова прижало к стене так, что он едва мог дышать. Как тут уследить за подозрительными? Задача на глазах становилась невыполнимой. Не затоптали бы самого до смерти! Вот, значит, чем начиналась Ходынка…

Кое-как устроившись возле стены, Георгий все же принялся вертеть головой по сторонам. Кровь из носу, но дело надо сделать. Он стоял возле самой арки, а смотрел себе за спину – как там обстоят дела? Большая часть зевак поблизости вполне походила на обычных людей, преисполненных патриотического чувства. Глаза у них горели, они оживленно переговаривались между собой. Ведь самого царя сейчас увидят, вот радость-то какая! Посему от некоторых «патриотов» сильно разило водкой.

Но сразу два человека вызвали у агента подозрение. Один, в пиджаке с кожаными заплатами на локтях, видом напоминал земца[29]. Смотрит вяло, в разговор с соседями не вступает и весь какой-то хмурый. У остальных оживленные лица, а у этого брезгливая гримаса. Второй был еще непонятнее. Крупный, плечистый, с волевым подбородком и суровым взглядом, он встал позади Ратманова и тихонько протискивался в первый ряд. Не толкаясь и бранясь, а тихой сапой, вершок за вершком. Что-то задумал человек, если так упорно прет вперед…

В этот момент со стороны Зеленского съезда раздались нарастающие крики «Ура!». Едут! И действительно, вскоре большой кортеж из нескольких десятков экипажей стал проскакивать мимо Георгия в арку. А вот и государь! С ним рядом императрица и наследник и огромного роста казак Собственного его императорского величества конвоя на козлах рядом с кучером.

Когда коляска с царской семьей проезжала мимо, толпа сжалась в ажитации. И Ратманова чуть не вытолкали на проезжую часть, под копыта лошадей. Он с трудом удержался на месте, практически вжавшись в стену. Тогда-то подозрительный парень с волевым подбородком и проскочил в первый ряд. Георгий увидел, как тот сунул правую руку в карман и тут же ее отдернул…