Читаем Подарок Андромеды полностью

– А зачем выбираться? Двигайте лучше вы ко мне в землянку. Здесь и переждем бурю.

– Это будет очень сильная буря. Как бы нас не завалило здесь. Я такой боли не чувствовал, когда мы бежали от бандитов. Так, небольшое давление в висках.

– Не завалит. А вот наш шалаш точно разметает. Спускайтесь. Здесь очаг есть, наберите хвороста. С огнем веселее и теплее. А Вера нам записи в блокноте почитает. Батарейки для фонариков у астронавтов, наверное, вечные. До сих пор отлично светит. Вот воды нет. Как ты, Кот? Выдержишь?

– Как будто у меня есть выбор. Хотя… Могу вас здесь бросить, добежать до реки и пересидеть на глубине, общаясь с местными рыбами.

– Не успеешь ты добежать. – Вера с тревогой смотрела, как по верхушкам невысоких деревьев, срывая листву, пронесся мощный порыв ветра. – Буря начинается.

Кот быстро набрал дров для очага, передал их Хирате, помог Вере спуститься и закрыл проход в землянку самодельной дверью: несколько длинных жердей, скрепленных тремя поперечными короткими. И вовремя. Треск, грохот, вой ветра в землянке были слышны через хлипкую дверь так же хорошо, как снаружи. Вера попыталась рассмотреть хоть что-то сквозь щели между жердями, но ничего не получилось. Взгляд упирался в ступеньки.

Позади запахло дымом, Вера обернулась. Кот и Хирата растапливали очаг. В землянке было темно, мрачно, а еще пахло сыростью и гнилью. Когда на стенах заплясали отблески огня, стало веселее.

– Интересно, сколько нам здесь придется куковать? – пробормотала Вера, опускаясь на лежанку.

Рядом сел Кот, а Хирата умостился на импровизированный стул – короткий обрубок дерева с остатками корней и коры, который отлично поместился в уголке между столом и очагом напротив лежанки.

– Ну, давай, читай! – нетерпеливо потребовал Хирата. Вера направила луч фонарика на пластиковый блокнот c фосфоресцирующим слоем, отчего буквы на страницах вспыхнули ярко-синим светом, и медленно принялась разбирать чужой почерк и переводить с общегалактического на понятный всем земной.

Сначала шло описание полета до Суэллы. Вера его быстро пролистала. Кому интересны показания приборов, перечисления туннелей и время их прохождения? Далее следовал краткий рассказ о высадке членов экспедиции и задачах, которые поставило перед ними объединенное Правительство планеты Суэлла. Корабли, прилетевшие для помощи населению, оставались в карантинных зонах космопортов.

Веру интересовало описание вируса. Она не могла понять, как он мгновенно распространился по планете? Понятно, что в цивилизованном мире налажены транспортные коммуникации, но и медицина на высшем уровне, особенно диагностика. И главное, откуда вдруг взялся такой страшный вирус? Почему не смогли с ним справиться? Как же так? Мама всегда говорила, что если вовремя обнаружить болезнь и правильно поставить диагноз, – стопроцентное излечение гарантированно.

Ирош в дневнике писал исключительно о карантинных буднях на корабле. О самой спасательной экспедиции упоминал лишь вскользь. Наконец Вера добралась до нужной информации. Ирош приводил отрывки из какой-то статьи.

– Команда археологов-палеонтологов, – читала она под завывание бури, – обнаружила на планете древнейшее захоронение, содержащее маленькие статуэтки существ, неизвестных науке Суэллы. После вскрытия могильника и обследования его содержимого было установлено, что каменные существа – не суэллиты. Само захоронение прикрывала плита с неизвестными иероглифами, высеченными на ее внешней стороне. Как это – не суэллиты? А кто? Как они попали к ним на Суэллу?

Вера вслух задавала вопросы сама себе, как делала, когда в академии приходилось выполнять сложные проекты.

– Именно с этих раскопок началась вирусная эпидемия. В научном центре Суэллы на закрытом совещании археологов был сделан информационный доклад, все разлетелись по домам, изучать материалы раскопок. Первые вспышки заболевания обнаружились одновременно по всей планете. Симптомы были одинаковыми. В первую очередь поражалась мозговая деятельность – мыслительные процессы и двигательные функции. Через несколько дней мозг отключался, заболевший суэллит превращался в неподвижное тело-оболочку. И умирал. Какой ужас!

У Веры от волнения сел голос, но она продолжила читать.