Читаем Под псевдонимом Серж полностью

Они принялись за работу. Это сейчас на фотороботе воспроизвести лицо нужного человека дело несложное. Тогда же… разведчикам пришлось изрядно повозиться. «Глаза… Губы… нет, не такие… подбородок… он более массивный… вот-вот, похоже…» – Алексей диктовал, подсказывал, вносил поправки, а Торговец в роли художника старательно делал своё дело. Когда они закончили, Балезин оценивающе повертел листок бумаги, как бы рассматривая лицо Лоренца со всех сторон.

– А ведь хорошо получилось, – похвалил он, и это разрядило напряжённую атмосферу их встречи. – Где рисовать-то научился?

Торговец помялся:

– До призыва в органы учился в художественном училище.

Балезин попросил сделать с портрета несколько фотоснимков. Пока Торговец фотографировал, проявлял, печатал и сушил, он потолкался среди базарной толпы, послушал, кто, о чём говорит и спорит, поупражнялся в разговорах на тегеранском диалекте персидского языка, которым много лет назад прекрасно владел. Через пару часов он принимал работу, рассматривая полученные фотокопии.

– Вот этого господина мы должны обнаружить во что бы то ни стало, – указал он Торговцу; тот понимающе кивнул. – Это Лоренц. По нашим сведениям он резидент германской разведки в Центральном районе Тегерана. Поэтому будьте осторожны. Сколько человек у тебя в группе?

– Трое.

– Ваш объект – рынки. При первом же обнаружении не спускать с него глаз. И сразу сообщайте мне. Как связаться – знаешь.

Прощаясь, они пожали руки и смотрели друг на друга гораздо более миролюбиво, не так, как несколько часов назад при встрече. Но, несмотря на это, Алексей поймал себя на мысли, что ему было бы намного легче, если бы вместо Торговца, от которого веяло 38-м годом, был Макаров-Виквик. Как-то он сейчас там у шведов…

… Ашота спасло только то, что своё такси он поставил в тени – здесь можно было и подремать. А вот сидеть в машине несколько часов, когда она стоит на солнце, было бы просто невозможно. Всё только что сказанное хозяину коврового магазина Балезин пересказал Ашоту, отдав один из снимков. И пояснил:

– Твой объект – весь город. Почаще проезжай по центру, там, где представительства иностранных фирм и посольства.

Ашот всматривался в искусственный портрет Лоренца.

– Он какого роста?

– Среднего, ниже меня.

Ашот задумался, от дремоты не осталось и следа – тёмные глаза всё глубже всматривались в фотографию.

– Похоже, я его где-то видел.

Алексей схватил таксиста за локоть:

– Где и когда?

Тот на несколько секунд задумался. Потом слегка мотнул головой:

– Нет, не помню… передо мной каждый день проходит столько лиц…

Пора было ехать. Ашот завёл мотор, но мотор не заглушил жёсткий голос Алексея-Сержа:

– Ты должен вспомнить, обязательно должен. Это приказ!

* * *

Мелькали часы, проходили дни, а дело не продвигалось. Человек, похожий на Лоренца, был обнаружен только раз, да и то им оказался обычный клерк-иранец, работающий в какой-то местной конторе. В другом случае поступил сигнал от Торговца. Людям из его группы удалось засечь двух подозрительных личностей, говорящих на немецком, но одетых в восточные наряды. Слежка установила, что никакого отношения к немецкой агентуре они не имеют – обычные, как говорят в России, фарцовщики. К тому же вскоре их арестовала иранская полиция. И всё.

Балезин понимал, что схожую задачу по раскрытию германской разведсети решают и другие группы – слишком много поставлено на карту. Наверняка они имеют какую-то оперативную информацию. А вот у него и его людей такой информации нет. Впрочем, не исключено, что Торговец и его ребята решают ещё какие-то задачи, о которых он, Балезин, не знает. Что бы то ни было, приходится надеяться только на себя. И ещё – на случай.

….В это утро Алексей, идя, как обычно к машине такси, ещё издали увидел Ашота; тот непрерывно смотрел в его сторону. Обычно Ашот поджидал его сидя за рулём, поэтому можно было предположить, что у него есть какая-то важная новость. Так и случилось.

– Я видел его! – вместо приветствия едва не выкрикнул Ашот.

Балезин знаком указал садиться. Едва дверца такси захлопнулась, он в отличие от Ашота спокойно произнёс:

– Слушаю.