Читаем Под прицелом полностью

Сейчас он двигался на юг вдоль Изара. Когда мы с Изартальштрассе выехали на Шэфтларнштрассе, мы, так сказать, приближались к месту посадки. Мы добрались до Вольфратсхаузер Штрассе. Она проходила очень близко от Гроссхесселое и Пуллаха. Здесь всегда было полно сотрудников БНД. Многие проводили свой обеденный перерыв в кафе и пивных садах поблизости от зданий Центра.

Короткая автобусная поездка в "депо"

Несколько тысяч сотрудников БНД всеми силами – и чаще всего безуспешно – стараются быть незаметными. Из-за этого всегда случались самые разные курьезы. Когда в 1980-х годах после многолетних реставрационных работ старый вокзал Гроссхесселое в долине Изара засиял первозданным блеском, у людей в шляпах и темных очках возникла новая проблема.

Историческое здание на площади Вёлльнерплатц реставрировало собственно не Объединение общественного транспорта Мюнхена, сокращенно МФФ. В гораздо большей степени это была заслуга пивоваренного завода "Хофбройхаус Траунштайн". Знаменитая пивоварня в непосредственной близости от места дислокации шпионской братии решила возродить старую баварскую традицию и в качестве "патрона" устроила при вокзале пивной ресторан с собственным варочным цехом.

Для сравнения – представьте себе, что возле детского сада одновременно открылись филиалы "Макдональдса", "Бургер Кинга" и "Пиццы Хат".

У людей из отдела безопасности издавна были проблемы с кабачками и кафе в ближайших окрестностях. Они испытывали большой страх из-за того, что сотрудников Службы легко можно будет вычислить на их коротком пути от бюро до пивных садов. Кто знает, что там происходит? Опасность! Вдруг кадровые специалисты БНД, выпив слишком много пива или вина, случайно начнут даже разбалтывать служебные секреты! Последствия даже трудно себе представить!

Потому и в прошлом руководители БНД категорически запрещали посещать ближайшие кабачки рестораны с такими названиями, как "Вальдвиртшафт", "Брюккенвирт", "Рабенвирт" или "Трайбхаус". С регулярными интервалами нам приходилось расписываться на инструкциях и циркулярах. Не могу забыть, как однажды до обеда мы с Фредди снова подписали один из таких документов. Сразу после этого мы отправились прямо в "Вальдвиртшафт" ("Трактир в лесничестве"), чтобы выпить там кофе.

Пригласил нас туда один из наших начальников. Ему вообще не было дела до таких запретов. Пивной сад, известный далеко за пределами Мюнхена, располагался меньше чем в километре от главных ворот нашего "лагеря", к северу от большой стены, огораживающей секретный объект. Фредди тогда прокомментировал указание начальника словами "Приказ есть приказ" и только покачал головой. Стоило нам усесться, как мы увидели еще одного человека из "лагеря", которого мы хорошо знали. В сопровождении своей секретарши он пил пшеничное пиво. Но этот коллега был не кто иной, как автор самого последнего меморандума, категорически запрещавшего посещения именно этого ресторана. – Теперь я все понял, – прокомментировал я сложившуюся ситуацию, – он просто хочет устраивать тут свои свидания по возможности в одиночку, чтобы мы ему не мешали. Но в другой день нам действительно пришлось писать объяснительные из-за пребывания в этом месте.

Вот так понималась порой принципиальность теми, кто отвечал за вопросы безопасности.

Но теперь в городе Гроссхесселое возникла новая гастрономическая угроза. Тут же последовали ограничения на посещения и директивы о поведении в этой связи. В ресторане присутствовало, кроме всего прочего, и отягчающее обстоятельство – там работала одна чешка, что по оценке специалистов увеличивало потенциальный риск до беспрецедентных масштабов. В оборот пошла целая куча бумаг, и даже тем коллегам, кто раньше ничего не знал о новом заведении, пришлось о нем узнать.

Конечно, вся эта имитация работы не принесла никакой пользы. Несмотря на угрозы самых жестких наказаний, уже в первый декабрь после открытия вся команда одного реферата из подотдела 33 отпраздновала Рождество в этом уютном зале. За это время "Изартальский вокзал" превратился в постоянное место для посещений разведчиков БНД. Если кому-то захотелось бы узнать больше о внутренней жизни разведки, тут сделать это было легче всего.

Нигде не говорили о внутренних делах Службы так откровенно и без стеснений, как здесь. Обычно сотрудники собирались тут маленькими группками, изливали друг другу свои служебные разочарования или заливали их вином. Если сначала тот или другой время от времени рассеянно оглядывался вокруг, чтобы убедиться, не подслушивает ли кто-то чужой, то со временем большинству стало совершенно все равно, слушает ли их кто-то. Даже встречи с агентами иногда проводились в этом уютном окружении. Ресторан располагался практически рядом, потому расходы на поездку были минимальны.