После этого инцидента Ханна направилась в сторону Брамсаллее как можно быстрее, но так, чтобы не вызвать подозрений. Позади все еще слышался лай Дафны. Но старушка больше не кричала, и мужчины, похоже, не преследовали Ханну.

Ханна чуть не рассмеялась. Еще немного – и на нее подали бы заявление в полицию с обвинением в нападении с применением физического насилия. А она всего лишь хотела расспросить старушку о Симоне! Чем же Ханна могла так напугать женщину? Та решила, что ей хотят впарить подписку на журнал? Теперь Ханна не могла не рассмеяться, хотя ситуация была совсем не радостная.

Глава 33

Йонатан

4 января, четверг, 16 часов 56 минут

– Ну и ну, Боде, мои комплименты!

Йонатан расслабленно развалился в кожаном кресле в гостиной своего дома, куда он пригласил коммерческого директора после теннисного матча – «выпить по рюмашке» освежающего чая со льдом. Он улыбался, потому что, несмотря на усталость, испытывал эйфорию.

Да, игра с Маркусом Боде доставила ему колоссальное удовольствие, хотя в него попадали мячи, а теперь конечности болели, словно его переехал грузовик.

– Я и не подозревал, что вы так ловко обращаетесь с ракеткой!

– Почему нет? – Маркус Боде тоже улыбнулся, и улыбка эта была горделивой.

– Понятия не имею, – Йонатан пожал плечами. – Просто не ожидал этого.

– Я тоже не предполагал, что вы так скверно играете, – сказал коммерческий директор и улыбнулся еще шире. – Все-таки вы сами предложили сразиться, поэтому я думал, что играть в теннис вы умеете.

Йонатан рассмеялся.

– Я же не знал, что вы второй Джон Макинрой.

– Спасибо, что не сравнили меня с Борисом Беккером, – усмехнулся Маркус Боде. – Но, если серьезно, вы играли все лучше.

– Не нужно мне льстить только потому, что я ваш шеф!

– Нет, я не льщу вам. Видно, что вы когда-то играли. Только немного заржавели. Когда до этого был последний матч?

– О «матче» вообще и речи быть не могло, – объяснил Йонатан. – Еще мальчиком я играл с матерью в саду, перебрасывал мячик через веревку, а больше теннисом я не занимался.

Боде вопросительно поднял брови:

– Почему вдруг родилась такая идея?

– Ах, – отмахнулся Йонатан. Рассказать своему коммерческому директору, что он действовал в соответствии с записями загадочного ежедневника? Совершенно исключено. – Просто мне хочется в новом году делать что-то другое. Хочу привнести в свою жизнь больше вдохновения. И я подумал, не попробовать ли себя в теннисе.

– Понимаю.

Боде задумчиво кивнул и перевел взгляд на свой недопитый стакан с чаем.

– Новый год приготовил для нас обоих некоторые перемены, да?

– Похоже на то, – согласился Йонатан. – А как ваши дела? – поинтересовался он, стараясь окольными путями выведать, как себя чувствует Боде.

– Дела нормально. Мы с женой «ведем переговоры», так это называется.

– Вот как? Ну, звучит неплохо!

– Все зависит от того, о чем разговаривать. В нашем случае, признаться, переговоры ведут адвокаты. В основном они договариваются о сумме отступных с моей стороны и о возможности для меня в будущем видеться с детьми.

– Ох… – Йонатан виновато взглянул на него. – Тогда это не очень хорошо.

– Ну да, не совсем.

– Да не переживайте, господин Боде!

Йонатан заметил, что его заносит, а в голосе появились покровительственные нотки, и он, сменив тон, произнес:

– Поверьте человеку, который все это уже пережил: и это пройдет.

– Хм. – Коммерческий директор кивнул. – Но у вас с вашей бывшей женой не было детей.

– Это верно, – согласился Йонатан.

– И, насколько я знаю, после расставания она повела себя благородно и даже не потребовала от вас алиментов.

– Откуда вам об этом известно? – спросил изумленный Йонатан. Это его не только удивило, но и неприятно задело.

– Я уже пятнадцать лет работаю в «Грифсон и Букс». И после ухода вашего отца даже стал коммерческим директором.

– Я, конечно, знаю об этом. Но это здесь при чем?

– Скажем так, как коммерческий директор я пекусь об интересах издательства.

– Мне не совсем понятно, какое отношение имеет мой развод с женой к «интересам издательства». – Йонатану не удалось избежать возмущенного тона.

– Нет, конечно не имеет! – поспешно заверил его Маркус Боде и покраснел. – Мне очень жаль, я не хотел вас…

– Ничего, – сказал Йонатан. – Впрочем, мне все равно.

– Нет, нет, мне очень жаль, – повторил коммерческий директор. – Но вы ведь глава издательства и всегда находитесь в центре внимания, поэтому люди о вас и говорят.

– Люди? – Йонатан снова почувствовал себя неловко. – Какие еще люди?

– Ну, подчиненные, ваши сотрудники. Они ведь интересуются, как дела у их шефа.

– Ага.

Йонатан был потрясен: как оказалось, его личная жизнь – предмет обсуждения его подчиненных. Ему стало очень неприятно. Он никогда об этом не задумывался. Собственно, он предполагал, что для них он – лишь размытый светлый образ издателя, по крайней мере образ, который иногда проявляется, но не вызывает особого интереса.

Теперь вот Боде рассказал, что все не так, и это, это…