«Опиум для народа», – вот что о такой литературе говорил его отец, Вольфганг Гриф, повторяя слова Карла Маркса, и подчеркивал, что издательству «Грифсон и Букс» не нужен подобный «дешевый успех», в конце концов, и на серьезной литературе получалось зарабатывать неплохие деньги. В такие моменты отец всегда кивком указывал на книги в кожаных переплетах авторства Губертуса Крулля, которые занимали почетное, видное место на его полке.

А сейчас… Если Йонатан правильно понял слова коммерческого директора Маркуса Боде, издательству не помешал бы и такой дешевый успех.

И даже не один. Или лучше сказать быстрый?

Йонатан вернулся к записи, пока опять не задумался о чем-то другом. На странице от 3 января было кое-что еще. Здесь шрифт оказался таким мелким, что Йонатану пришлось наклониться и достать из бардачка очки для чтения. Он надел их и внимательно изучил следующий текст:

Прямо сейчас задание на каждый день:

С завтрашнего дня на страницах «для заметок» пиши по три вещи, за которые ты благодарен. Это должно идти от самого сердца: за то, что светит солнце; за твою радость; за твою любовь; за то, что можешь бегать; за все, что приходит на ум.

Вечером напиши о трех клевых вещах, которые имели место сегодня: вкусная еда; дружеский разговор; твоя любимая песня по радио.

Начинай!

Он воспринял это как подростковую затею. Что за ерунда! У кого будет время на такое? И, прежде всего, к чему все это должно привести?

Йонатан знал, за что он благодарен жизни, это ему не нужно было записывать. Он ведь пока не страдал слабоумием, в отличие от отца, поэтому и не боялся что-нибудь забыть.

Например, он благодарен за… за… благодарен за…

Да, за что, собственно, он благодарен?

Глава 20

Ханна

За 15 дней до этого, 19 декабря, вторник, 21 час 23 минуты

Они не пили «Гави». Они не ели ни дораду, ни «вителло тонато», ни пиццу с морепродуктами. Они вообще ничего не ели. Вместо этого они разговаривали.

Нет, говорил Симон.

Говорил о том, что полдня провел в больнице, куда его отправил семейный доктор. О том, что его там чуть ли не наизнанку вывернули, начиная с пальпации, то есть ощупывания, и заканчивая очередными заборами крови и УЗИ. О том, что Симон сидел перед тремя докторами, которые сообщили с озабоченным видом: по их мнению, у него лимфома, поэтому они рекомендуют безотлагательно сделать биопсию для уточнения диагноза – определения ее вида и степени тяжести заболевания.

О том, что он с совершенно пустой головой вышел из клиники. В панике, в отчаянии, охваченный ужасом. О том, как он наконец очутился дома и стал искать в интернете информацию об этой болезни. О том, как он узнал оглушающую новость: в ближайшие двенадцать месяцев он наверняка умрет.

В этом месте Ханна его перебила, мужественно борясь со слезами:

– Но из чего ты сделал такой вывод? Ведь еще совершенно неясно, что…

– Ханна! – резко прервал он ее. – Ты при этом не присутствовала! А я видел лица врачей. Как они на меня смотрели, как они меня ощупывали с головы до пят и при этом сокрушенно качали головами. Как они изучали результаты лабораторных анализов и УЗИ, удивленно поднимая брови, и с каким мрачным видом они переглянулись потом. Поверь мне, рак уже расползся по телу. Это «уточнение диагноза», о котором они говорили, – лишь для успокоения. Чтобы я не спрыгнул с ближайшего моста. – Он горько усмехнулся. – В раковых заболеваниях я, к сожалению, разбираюсь. Врачи и в моих родителей вселяли надежду. В конечном итоге для обоих это превратилось в муку, длящуюся годами.

– Но ты ведь не знаешь, как будет с тобой! – воскликнула Ханна, и ее голос сорвался.

– Знаю, – возразил он. – Во-первых, я генетически предрасположен, так что у меня высокий риск заболеть раком. – Он загибал пальцы. – Во-вторых, похоже, у меня уже В-симптоматика.

– В-симптоматика?

– То, что мы считали непроходящей, но безобидной простудой, по моему мнению, сопутствующие симптомы лимфомы.

– Это по твоему мнению.

– Нет, не только по моему. Интернет переполнен историями о людях, у которых болезнь протекала, как у меня. Большинство из них умерли в течение полугода. Как раз в таком возрасте, как у меня, рак развивается с бешеной скоростью. Введи в «Гугле» запрос «Лимфома Ходжкина», и ты сразу поймешь, что я имею в виду.

– Черт возьми, Симон! – Ханна хлопнула ладонью по столу и беспомощно уставилась на парня. – Надеюсь, ты не доверишься «доктору Гуглу» в таком важном деле!

– Конечно нет. Но не забывай, что я журналист. Я ведь знаю, какие источники солидные, какие стоит воспринимать серьезно, а какие нет. И я не оптимистичный идиот, который всегда надеется на положительный исход и всегда говорит, что все не так плохо.

– Это ты на меня намекаешь? – Ханна еще раз подавила истеричные всхлипывания.