– Хм. – Йонатан откинулся на спинку кресла. – Если уж вы об этом говорите… Только мне нужно немного подумать.

– Конечно, я не имел в виду, что вы сегодня-завтра перекроите все наше «портфолио», – согласился с ним Боде. – Но я не устану повторять, что вам нужно определить вектор развития на сегодняшний момент. И мы должны как можно быстрее начать двигаться в этом направлении.

– Да-да, – кивнул Йонатан, – очень хорошо. Теперь я это четко понимаю.

Некоторое время они сидели молча, каждый был погружен в свои мысли. Как ни странно, Йонатан вдруг вновь вспомнил молодого человека на берегу Альстера, напомнившего ему Гарри Поттера. Что бы ему понравилось читать? Может, стоило его спросить об этом?

– Ну, – произнес Маркус Боде, глядя в потолок, – тогда я пойду… Оставлю бумаги, чтобы вы просмотрели.

Он поднялся.

– Хорошо, – ответил Йонатан и тоже встал. – Большое спасибо, что вы меня проинформировали!

Они пожали друг другу руки. Рукопожатие длилось немного дольше обычного.

Йонатан снова спросил себя, уместно ли будет еще что-нибудь сказать. Ну хоть что-нибудь.

– Я надеюсь, что мы с вами скоро все уладим, – наконец воскликнул он и неловко похлопал Маркуса Боде свободной рукой по плечу.

– Большое спасибо, – поблагодарил Боде. – Лишь бы только моя жена не вернулась обратно.

– Что, простите?

– Это была шутка.

Йонатан, качая головой, смотрел вслед коммерческому директору, тяжело шагавшему к своему кабинету.

Странный юмор!

Глава 8

Ханна

За два месяца до этого, 30 октября, понедельник, 10 часов 47 минут

– Сначала хорошая новость: твоя машина стоит внизу, перед входной дверью, в целости и сохранности, без единой царапины.

– О нет! – воскликнул Симон и внезапно обнял Ханну. – Мне та-а-ак жаль!

Он всхлипывал ей на ухо и так крепко прижимал к себе, что девушка едва могла вздохнуть.

– Правда, я даже передать тебе не могу, насколько!

Она высвободилась из его объятий.

– Почему? Мне стоило заездить ее до состояния металлолома? – Она с трудом удержалась, чтобы не хихикнуть.

– Я не это имел в виду! – тут же возразил парень. – Но если есть хорошая новость, значит, должна быть и плохая. Очевидно, твой праздник открытия провалился. Я идиот! – Он хлопнул себя ладонью по лбу.

– Не-е-е, – Ханна широко улыбнулась. – Это был невероятный успех!

– Но ты ведь сказала, что начнешь с хорошей новости!

– Правильно. Но за ней должна была последовать очень хорошая! – Ханна радостно рассмеялась.

– Ага. – Симон покачал головой. – Тогда давай пойдем на кухню, я как раз заварил чай.

Симон, в халате, шаркая тапочками, побрел по коридору. В целом выглядел он значительно лучше, несмотря на его прикид «помогите-я-болен!». Сейчас Симон хотя бы мог принять вертикальное положение и передвигаться самостоятельно. И это к лучшему, ведь у Ханны были на него планы.

– Ну-ка, давай, рассказывай, – потребовал Симон, когда Ханна уселась на один из стульев Чарльза Имза[18]. Радушный хозяин налил ей в чашку чая.

– За весь день у нас побывали более ста детей вместе с родителями! – сразу принялась она с восхищением описывать. – Заказов у нас до Рождества под завязку, и нам придется отказаться от первоначального плана, кроме вечерних мероприятий. Нужно уже составлять программу и на утро. Спрос на наши услуги действительно огромен. Люди у нас из рук вырывали бланки для заявок!

– Это же великолепно! – Симон с уважением посмотрел на нее. – Должен признать, я такого не ожидал!

– А я ожидала, что ты не будешь ожидать.

– Как это?

– Ну-ка, отгадай!

– Дуреха! – улыбнувшись, сказал он.

– Кроме того, «должен признать» прозвучало с негативным оттенком, – прибавила она.

– Разве?

– Я имею в виду, что тебе пришлось признать, что ты этого не ожидал.

– Я не понимаю.

– Забудь. – Она махнула рукой и снова рассмеялась. – Особенно детям понравилась эта штука с воздушными шариками.

Симон облегченно вздохнул:

– Значит, вы все же успели надуть их?

– Что за вздор! – бросила Ханна. – Я приехала в агентство слишком поздно, мы успели только выложить на стол пластиковую посуду и выставили ящики с напитками, прежде чем пришли гости.

– Но…

– Это было гениально! – продолжала она. – Мы надували шарики вместе с детьми. И это стало гвоздем программы, каждый хотел протиснуться к баллону с гелием! А когда дети поняли, что газ в воздушных шариках превращает обычные голоса в веселые, мультяшные, то уже не могли остановиться.

Она изменила голос, при этом трогая себя за горло:

– Привет, я маленькая Ханна!

– Выходит, в общем, не так уж плохо, что я облажался? – сказал Симон и неуверенно взглянул на Ханну, словно самое худшее было еще впереди.

– Напротив, лучше и придумать было нельзя!

Теперь парень тоже улыбнулся:

– Что еще раз подтверждает справедливость выражения: что ни делается, все к лучшему. Это ведь твой любимый девиз?

– Точно, мой дорогой. – Она наклонилась к нему и чмокнула в красный нос. – А кроме этого, ты не путался у нас под ногами и не сбивал с толку. Поэтому для всех это была просто беспроигрышная ситуация.

– Что это значит? – Он сделал вид, что обиделся.