Читаем Почему Россия не Америка. Версия 2.0 полностью

Вопрос еще шире. Россия бывает не готова к крутому повороту истории, потому что ее политики и народ не думают о ходе истории. Но ведь не только об истории не думают! Перечень научных дисциплин и целых наук, о которых никто не думает, весьма обширен. Никто не думает о климатологии, метеорологии, теплотехнике, географии, биологии, геополитике, экономике, науке управления, и т. д., и т. п.

А что получается в итоге? Как, каким чудом наш народ все-таки выжил и построил такое государство, равного которому не было и даже сейчас нет? Как победил всех претендентов на мировое господство? Как приобрел наследство Чингисхана?

Ответ один. Чудес не бывает, и помог нам вполне реальный Жареный Петух. Как наше государство смогло собраться с силами в 1943 году, когда мы уступали соединенной Западно-Центральной Европе по населению вдвое, а по промышленности вчетверо? Да, конечно, был Сталин, кто спорит, но в 1941-м тоже был Сталин! Чего ж не хватало? А Жареного Петуха! Разве могло тут обойтись без вмешательства его, родимого?

Как после долгой свары боярских клик, которые и между собой-то воевали польскими и шведскими войсками, расплачиваясь русскими землями, когда вся Россия превратилась в пепелище, как же все-таки народ сплотился вокруг новой династии, как после этого на несколько сот лет «выключил» Польшу, а потом и Швецию, из европейской истории?

Вспомним-ка поподробнее, к чему Россия пришла в результате «годуновской оттепели».

«…а в Кремле, при свете зарева, бодрствовали и рассуждали вожди их (ляхов), что делать? Там еще находилось мнимое правительство российское с знатнейшими сановниками, воинскими и гражданскими: ужасаясь мысли желать победы иноплеменникам, дымящимся кровию москвитян, но малодушно боясь и мести своего народа, или не веря успеху восстания, Мстиславский и другие легкоумные вельможи, упорные в верности к Владиславу, были в изумлении и бездействии; тем ревностнее действовали изменники ожесточенные: прервав навеки связь с отечеством, заслужив его ненависть и клятву церковную, пылая адскою злобою и жаждою губительства, они сидели в сей ночной Думе ляхов и советовали им разрушить Москву для их спасения…

…До самой ночи уже беспрепятственно губив огнем столицу, ляхи с гордостию победителей возвратились в Китай и Кремль, любоваться зрелищем, ими произведенным; бурным пламенным морем, которое, разливаясь вокруг их, обещало им безопасность, как они думали, не заботясь о дальнейших, вековых следствиях такого дела и презирая месть россиян!

…Наконец везде у тухло пламя, ибо все сделалось пеплом, среди коего возвышались только черные стены, церкви и погреба каменные. Сия громада золы, в окружности на двадцать верст или более, курилася еще несколько дней, так что ляхи в Китае и Кремле, дыша смрадом, жили как в тумане — но ликовали; грабили казну царскую: взяли всю утварь наших древних венценосцев, их короны, жезлы, сосуды, одежды богатые… сдирали с икон оклады… …пили из бочек венгерское и мальвазию… А россияне, их клевреты гнусные или невольники малодушные, праздновали в Кремле Светлое Воскресение и молились за царя Владислава, с иерархом достойным такой паствы…»[14].

Да, крепко тогда, в 1612 году, клюнул россиян Жареный Петух. Надолго после этого ума хватило. Во все летописи, да и в память народа навечно внесли не только имена героев — Ляпунова, Палицына, Пожарского — но и перечислили поименно «легкоумных» вельмож, «малодушных невольников» и «гнусных» «воров и изменников», как проклятого Салтыкова.

Но любой запас, даже народной мудрости, кончается, нужен новый. Если не думать головой, то приносит его он, он, спаситель нашего государства.

Что же вызвало сейчас, на рубеже тысячелетий, новое явление Жареного Петуха? Как он узнал, что требуется его вмешательство?

Вызвали его слова «конкурентоспособность» и «твердая валюта».

Посмотрите в вышину: вот он, кружит над нами, на своих мощных, отливающих бронзой крыльях. Его круги все ниже, ниже.

Спросим его: «что ж ты вьешься», Жареный Петух, и почему к тому же «с восточной стороны»? А потому с восточной, с клекотом отвечает он, что повернута Русь лицом на Запад. Так откуда мне заход делать? Знаете же, каков мой обычай?

Увы, знаем. Хорошо клюнет!

Москва, 1996–1999 гг.