Степан Сокыра

Почему Путин ненавидит Украину?

.

А. Солженицин

Если судить по делам, то Путин ненавидит Украину. Человек знаний поверхностных, к тому же искривленных школой КГБ, он не понимает национальных устремлений Украины, Эстонии, Грузии, отчего и не сумел выстроить спокойные деловые отношения со всеми бывшими республиками Союза.

Как показывает краткая история безнадежного признания Абхазии и Южной Осетии, политику Путина не разделяют все, без единого исключения, государства на пространстве бывшего СССР. Это удивительный провал, равного которому я не могу найти в глубинах истории. Даже у Гитлера, безнадежно барахтавшегося на самом краю бездны, добиваемого могучей мировой коалицией, к концу 1944 года еще оставались союзники. У Путина, после тринадцати лет безраздельного правления, их нет.

Может быть, они России не нужны? Как-то неловко всерьез отвечать на этот вопрос. Вещий Олег еще не собирался разить неразумных хазаров, а банальностью уже считалось первое правило древней дипломатии: собрать вокруг себя побольше друзей, разрушить поскорее коалицию врагов.

Если по поводу Китая, Белоруссии и Казахстана еще могут быть какие-то сомнения, то все прочие страны, с вами граничащие, к вам явно не расположены. Отрицать это глупо. Поэтому власти говорят, что так оно и должно быть. Будто иного и нельзя ожидать от естественных конкурентов, встревоженных и обозленных растущим влиянием путинской России. Этакий дипломатический вариант сталинской максимы, согласно которой классовая борьба обостряется по мере продвижения к социализму.

Даже если бы такой взгляд был верным, все равно дипломатия оставшейся в одиночестве страны заслуживает самой низкой оценки. Всё последнее десятилетие внешней политикой руководит лично Путин. Нас окружают очень разные страны, и для того, чтобы поссориться с каждой из них, нужны стальная воля и гибкое воображение. Каждый из соседей в чем-то особ и требует особого подхода. Отношения с Эстонией (блокирует Северный поток) не те, что с Литвою (единственное сухопутье к Калининграду). Для дел с Украиной (оранжевая революция плюс Севастополь) не применим грузинский вариант (революция роз чем-то напоминает померанчевый Майдан, но примешиваются Абхазия, граница с Чечней и яйца Саакашвили).

Я часто бываю у моего российского друга. Его сосед по деревне,выпив, сокрушается: Эх, просрали мы нашу Украину! Если не сердить его возражениями, а расспрашивать легонько, по шерсти, то выясняется, что на нашей Украине ни друзей, ни поместий у него не было и нет. Однако слово Крым при соседе произносить нельзя, впадает в буйство. Твердо убежден, что украинского языка нет, есть тот же его, только испорченный поляками русский. Фамилии украинского президента не помнит, но не сомневается, что тот американский шпион. Этот же агент душит русский язык. Хохлы над русскими измываются. Ну и так далее.

Совершенно убежден, что равнозначный аналог этому мужичку нетрудно найти где-нибудь на Подоле или в Коломые. Темнота и спесь не есть чья-то национальная привилегия. И язык, близкий к родному, а все же не родной, часто звучит как-то пародийно. Сосед моего друга ужасно возмутился, узнав от меня, что украинцы говорят злой собака. Это ж надо, говорит, как издеваются над животным! А селяне в пьесах классика украинской литературы Ивана Микитенко от души смеются нелепому русскому слову заявленiе: нет чтобы по-человечески сказать заява. Таких примеров россыпь.

Поэтому я не рассматриваю здесь бытовые проявления межнациональной розни. Речь только о действиях правительств. Более того, глав правительств. То есть о самой высокой политике.

Известны ли вам случаи прямого вмешательства первых лиц Украины в выборы президентов России? Мне нет. Но все знают, что Путин лично дирижировал президентскими выборами 2004 года в Украине. Попытка позорно провалилась, но Путин щедро вознаградил своих бездарных подручных депутатством в Думе, членством в Общественной палате, завсегдайством на ТВ.