Фрегат противника гнался за «Победоносцем», выжимая из собственного энергетического сердца все, на что был способен – а способен он оказался на многое, – но расстояние между ним и беглецом сокращалось слишком медленно, чтобы можно было рассчитывать на успех.

Когда служба астрогации «Победоносца» уже заканчивала расчет уводящего прыжка, на мостик доложили, что освобожденная пленница вот-вот придет в себя. Осетр в сопровождении Константина Сибирских немедленно отправился в медицинский отсек.

Графиня Шувалова к тому времени уже оказалась на ногах и, стоя в центре сверкающего белизной помещения, встретила гостей со страхом во взгляде.

– Кто вы, господа? – спросила она по-меркански. – Где я нахожусь? Это госпиталь? Что со мной случилось?

Пальцы ее рук судорожно стискивали воротник ночной рубашки.

Осетр хотел крикнуть: «Мама! Это же я, Миркин!»

Но не крикнул. И не потому, что рядом находился посторонний человек. Просто он вовремя сообразил, что в нынешней ситуации неизбежное потрясение вряд ли пойдет ей на пользу.

– Не волнуйтесь, сударыня, все в полном порядке, – сказал он по-росски. – Вы находитесь у друзей. Мы направляемся домой, в пределы Росской империи. Все ваши беды закончились.

Она прямо-таки стекла на стул. Будто медуза…

– Не может быть! Вы меня не обманываете?

«Как я могу тебя обманывать, мама! – хотел крикнуть Осетр. – Это же я, Миркин! Наконец-то я отыскал тебя!»

– Нет, сударыня! Какой смысл мне вас обманывать!

– Внимание! Майора Любавина просят немедленно прибыть на мостик! – рявкнул говорильник голосом Приднепровского. – Внимание! Майора Любавина просят немедленно прибыть на мостик!

Судьба не давала возможности сыну поговорить с матерью. Ничего не поделаешь, надо идти…

Осетр кивнул Сибирских, передавая гостью на попечение главного медика, и вернулся в центральную рубку.

– Все готово к прыжку, ваше императорское величество! – доложил Свистунов. – Враг по-прежнему далеко в кильватере. За время погони астрогаторы успели рассчитать туннель, уводящий к Новому Санкт-Петербургу, и ничто уже не может помешать нам скрыться. Как только войдем в туннель, взорвем пространственную бомбу, и вход закроется. Жду вашего приказа.

Пол закачался под ногами – фрегат тряхнуло.

– Господин капитан первого ранга! – крикнул со своего места дежурный специалист системы разведки и целеуказания. – По азимуту девяносто появились еще две цели. Класса фрегат и истребителеносец. Дистанция десять астрономических единиц. Направляются в нашу сторону.

– Вот и перехватчики, – сказал Приднепровский. – Гончих за нашим хвостом прибавляется!

Истребители были единственными кораблями, которые могли помешать «Победоносцу» уйти в гиперпространство. Их скорость втрое превышала скорость фрегата.

Свистунов несколько секунд изучал данные на видеопласте СРЦ.

– Не успеете, псы! – сказал он потом. – Даже если нейтралины надорвете, все равно не успеете!.. Однако надо торопиться! – Он повернулся к старпому. – Немедленно объявить на борту риманову готовность!

«Вот и новый термин у флотских появился», – подумал Осетр.

– Ваше императорское величество! Пора отправляться в прыжковый сон, – напомнил Приднепровский.

Говорильники корабельной трансляции уже вовсю призывали экипаж в релаксаторы.

– Что ж, господа… До встречи в родном пространстве! Я весьма доволен вашей работой.

Император покинул мостик без спешки, но и не медля.

А когда он уже укладывался в релаксатор, ему пришло в голову, что все получилось не так уж и плохо.

Нет худа без добра – известное жизненное правило… Да, мерканцы теперь, вероятно, знают, что у Росской империи имеются совершенно новые корабли, способные пересекать галактические просторы с помощью рукотворных римановых туннелей. Зато вероятность того, что Орден немедленно решится на прямую агрессию, сделалась еще меньше!

Глава сорок восьмая

Министр имперской безопасности граф Иван Мстиславович Охлябинин в душй никогда не был согласен с иерархией, которая сложилась среди бывших заговорщиков. Ему казалось, что его вклад в общее дело был более важным, чем совершенное соратниками, а получил он меньше. Особенно по сравнению с начальником секретной службы РОСОГБАК, полковником Всеволодом Андреевичем Засекиным-Сонцевым. Именно он, Охлябинин, сумел перетащить на сторону заговорщиков своего бывшего начальника, нынешнего министра внутренних дел графа Василия Илларионовича Толстого. И не важно совершенно, какими путями это было достигнуто! Главное – своего добился! А в результате Охлябинин и Толстой внесли основной вклад в реализацию разработанного плана, именно их решительные действия позволили нейтрализовать главную силу, поддерживающую Владислава Второго, – войска Министерства внутренних дел, руководимого в ту пору графом Михаилом Пантелеймоновичем Кушелевым-Безбородко. В результате граф отдал богу душу, причем кровь его не легла виной ни на Охлябинина, ни на Толстого – Кушелев-Безбородко застрелился сам.