Ночью их не трогали. На рассвете появилась разведка — танк и бронетранспортер. К десяти часам гитлеровцы подтянули артиллерию и танки. Бой длился целых пять часов. И бойцы уцелели. В этом была заслуга механиков-водителей. Умелый маневр в таком сражении — первое дело.

В час пополудни показались танки родной бригады. Комбриг Курист не терял времени. Бригада заняла Святошин без особых потерь.

Матвей Стрижков остался жив. Тяжело ранило его уже в боях за Фастов. В госпитале узнал: ему, лейтенанту Ф. И. Лохматикову и стрелку-радисту В. А. Верескову присвоено звание Героя Советского Союза. Более года находился Матвей Стрижков в госпитале. И все-таки ему повезло — он встретил Победу в родной бригаде. А 24 июня участвовал в Параде Победы на Красной площади.

А. Моисеев

«О нас узнала вся страна…»

13 января 1943 года 20-я гвардейская стрелковая дивизия была выведена в тыл на доукомплектование бойцами и боевой техникой. В нее влились до пяти тысяч уральцев, а также курсанты пехотных училищ из уральских городов.

В начале марта дивизия уже на Юго-Западном фронте. С марша ее бросают в бой, поставив задачу оседлать плацдарм на западном берегу реки Северский Донец. Задача была выполнена. В историю боев за Украину эта важнейшая стратегическая точка вошла как залиманский плацдарм — по названию села.

А. Запорожец, командир орудия:

— Я попал в дивизию вместе с пополнением из Камышловского училища. Курсанты были, в основном, челябинцами. Нас сразу бросили в бой. Гитлеровцы захватили недавно освобожденный нашими войсками Харьков и двинулись вперед. Надо было их остановить на Северском Донце. Бои местного значения носили крайне ожесточенный и затяжной характер. Попытки немцев наступать при поддержке танков и авиации, массированных артналетов потерпели неудачу. Но и мы имели большие потери. Буквально через две — три недели в полку осталось 150–170 человек. Погибли все бойцы противотанковой батареи и огневого взвода гаубичной батареи.

В течение почти трех месяцев полк ни на один день не выходил из боя. Очень плохо было с питанием. Кормили, в основном, сухарями. Горячую пищу привозили не чаще одного раза в сутки, — это была каша, сваренная из пшеницы. Скирды этой пшеницы, не обмолоченной с сорок первого года, стояли поблизости от линии фронта, ее-mo и использовали. Обескровленные полки дивизии стояли насмерть — отходить было некуда, переправ на реке Северский Донец в этих местах не было. Питание, боеприпасы, медикаменты привозили ночью на плоту, — он был один на весь полк.

П. Макарон, подполковник в отставке: