Читаем Победа века полностью

Но как на грех шофер сбился с пути, и, проезжая мимо готовившихся к выходу власовских подразделений, Власов изловчился, на ходу выскочил из машины, бросился бежать к своим. Якушев выхватил пистолет, но, подумав, стрелять не стал, а бросился вдогонку. Нагнав Власова, он ударил его рукояткой пистолета, сбил фуражку и на глазах у изумленных власовцев за шиворот потащил к машине.

Вновь Кучинский любезно открыл Власову дверцу и пригласил его занять место. Когда Власов узнал, что он был пленен с помощью своих же людей, он окончательно сник…

— Теперь я понял, что моя борьба окончилась, — вяло заявил мне Власов. — Как вы думаете, — вновь оживляясь от новой, видимо, только что пришедшей ему мысли, — Сталин меня примет?

Этот вопрос обескуражил меня своей безрассудностью.

— Вот чего не знаю, того не знаю. Но я думаю, что вряд ли. Что вы можете ему открыть? — спросил я.

— Как что? — удивился Власов, — Ведь я русских людей спасал от уничтожения.

— Нет, вы не спасали русских людей, а на их крови выслуживались перед фашистами. Что вас заставило сдаться под Ленинградом?

— Я был ранен, меня раненого взяли в плен!

— Бросьте, Власов! Вам не удалось перебежать к немцам под Киевом, притворившись больным, зато удалось под Ленинградом. С такой раной, как у вас, даже в медсанбат не берут.

— Ну хорошо. Мне это доказать трудно. Но никто не будет отрицать, что восстание в Праге было поднято мной.

— Не правда, Власов! Почему тогда вы здесь? В зоне американцев?

Он не ответил, сказал только:

— Хотя довольно… Если Сталин меня не примет — ничто меня не спасет.

— Это не мое дело. Что вы заработали, то и получите. Я советую вам подумать, почему, по существу, один капитан при помощи обманутых вами людей пленил вас, на глазах ваших подчиненных. Вытащил из-под юбок ваших соратниц, в расположении ваших войск и доставил сюда. Вы обманывали их до последней минуты, и вот результат…

В 22 часа 12 мая я отправил Власова на легковой машине в нашу зону и в шифровке доложил об успешном выполнении поставленной задачи. Через два дня я получил приказ выйти из зоны американских войск и переместить войска в Черношане — район Праги.

Вот как описывается эта операция в «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза»:

«При присоединении противника 25-й танковый корпус вышел в район Клатовы, глубоко вклинившись в расположение американских войск. Здесь корпус, имевший задачу не допускать перехода отступающих немецких частей в американскую зону, был остановлен и развернут фронтом на восток.

11 мая было установлено, что в районе Бжернице вместе с немецкими частями отступает 1-я дивизия предателей-власовцев.

Командир корпуса генерал-майор танковых войск Е.И. Фоминых решил взять в плен изменника. Командир 162-й танковой бригады полковник И. П. Мищенко, получив эту задачу, выслал капитана М. И. Якушева с группой бойцов и офицеров в расположение 1-й дивизии. Встретив колонну машин, Якушев внимательно осмотрел их. В это время шофер-власовец, которому, как и другим солдатам дивизии, надоела бессмысленная борьба, выдал изменника Власова. Прикрывшись одеялом, он сидел в одной из машин. Под угрозой расстрела капитан Якушев приказал предателю следовать за ним. Власова доставили в штаб 25-го танкового корпуса. По предложению генерал-майора Фоминых он написал приказ солдатам и офицерам дивизии о немедленном переходе на сторону Красной Армии. 13 и 14 мая дивизия, насчитывающая 9 тысяч человек, была разоружена. Власов и его ближайшие помощники были отправлены в Москву и преданы суду военного трибунала».

Так я в должности командира 25-го отдельного танкового корпуса закончил войну.

Е. Фоминых, генерал-майор, командир 25-го

танкового корпуса