Мы выходим, Кристина продолжает мне что-то говорить, но в моих ушах все еще звучит эта песенка, перед глазами расплывается улыбающееся лицо, а в голове так и крутится: «Ты не прогонишь его навечно. Смирись!» Ноги подкашиваются, дышать становится еще тяжелее, но я продолжаю идти.

Глава 1

– Она нужна нам. Продолжайте лечение…»

« – Почему ты не приходишь в себя? Алиса, ты дала ему обещание. Пора просыпаться!..»

« – Если он еще раз свяжется со мной, я потребую его отставки. Он охотник или кто? Пусть занимается своими делами!

– Вы закрыли ему доступ в девятое Объединение?

– Временно. Мы должны держать все под контролем. Я направил письмо в их подразделение ОБ. Пусть разбираются. С этой девушкой одни проблемы, даже когда она спит…»

« – Алиса, ты меня слышишь?

– Она реагирует.

– Алиса, ты узнаешь мой голос? Алиса?..»

– Алиса Кастерли, поприветствуйте! – раздается оглушительный голос.

Двери разъезжаются в стороны, дневной свет на мгновение слепит глаза, но он сегодня серый и тусклый. Небо затянуто тучами, и я ловлю себя на мысли о том, что нужно выставить ведра и собрать дождевой воды. Нет, здесь мне этого не нужно.

Площадь заполнена людьми, я выхватываю из толпы отдельные лица: кто-то довольно улыбается, кто-то смотрит на меня боязливо или даже с ужасом, кто-то – с нескрываемым отвращением или усмешкой. Но сочувствия я не замечаю ни у кого. Я машинально стараюсь запомнить все самые важные детали, мое сознание сразу же пытается выяснить – враг передо мной или нет. Оно очень осторожно в суждении, оно недоверчиво.

Я иду медленно, мне все еще больно ходить. По бокам и за спиной – стражи, в ОБ все еще не уверены, стану ли я подчиняться. Но куда мне бежать? Одной, без оружия, без поддержки. Я еще не сошла с ума, и к тому же, у меня есть планы на будущее.

На трибуне собрались советники, охотники, стражи и знатные лица. Большинство из них не могут сдержать презрения, когда смотрят на меня, и только Дарио Моретти лучезарно улыбается. Он знает: я сделаю все, что требуется. Мне едва удается сдерживать гнев, который поднимается, как только я вижу его, первого советника девятого Объединения.

– Ваша речь, милая, – шепчет он и ведет ладонью в сторону микрофона, его губы дергаются в усмешке.

Я останавливаюсь, обвожу взглядом всех этих людей, делаю глубокий вдох и начинаю говорить. Слова жгут мне горло, я ненавижу себя за то, что произношу их. Кажется, будто я предаю своих друзей, рейты, предаю саму себя, но другого выхода у меня нет:

– Дорогие жители Объединений! Сегодня я вышла на эту сцену, чтобы поделиться с вами своей историей. Кому-то уже знакомо мое лицо, кто-то видит его впервые. Меня зовут Алиса Кастерли, и я – изгнанник, – я поднимаю руку, демонстрируя метку из трех пунктирных полосок на запястье.

По толпе прокатывается гул, они никогда еще не видели Тень так близко. На экранах полоски размножаются, как тараканы. Их много, они повсюду, также, как и множество моих лиц. В голове всплывает рейт. Я не могу говорить.

– Продолжай, – раздается у меня за спиной, и я подчиняюсь.

– Год назад я была осуждена третьим Объединением за помощь преступнику. Проявив неосмотрительность, поддавшись глупому желанию поиграть с огнем, подвергнув опасности своих близких, я пустила в свой дом Тень. Понимаю, как все вы должны быть поражены. Во-первых, тем, что изгнанники существуют, ведь все мы знаем, что Охота помогла Городам избавиться от них. Но случилось ужасное: предатели помогли тем единицам, которым удалось выжить, и теперь в Пустоши появилась новая угроза – снова гул, сильнее, чем прежде.