Православная вера помогла выжить, и она же помогла восстановить память Лемноса. Три русских дипломата, оказавшихся на острове весной 2004 года, были прихожанами московского Новоспасского монастыря, настоятелем которого был тогда архиепископ Орехово-Зуевский Алексий[65]. А пригласил их на остров митрополит Лемноса и островов Св. Евстратия Иерофей.

Потрясенные увиденным, рассказали дипломаты владыке Алексею о своей поездке. Он благословил их на дальнейшие труды по восстановлению памяти о русских людях на чужбине и обещал свою помощь. Было решено поставить на месте русского кладбища в Калоераки памятный крест. Требовалось собрать огромную сумму денег — около 70 тысяч евро[66]. И эта сумма неожиданно быстро оказалась собранной — средства дали русские предприниматели, которым оказалась не чужда память о прошлом России.

Автором памятника — трехметрового мраморного креста с изображением исторического знака «Лемносского сидения» в терновом венце, — стал скульптор В. Усов, по его же проекту был изготовлен памятник русским морякам эскадр графа Орлова и вице-адмирала Сенявина, установленный на набережной столицы острова Мирины.

27 сентября 2004 года, когда Русская Церковь отмечает праздник Крестовоздвижения, памятный крест был освящен. Из Москвы прибыл владыка Алексий из Афин — посол России в Греции Андрей Валентинович Вдовин. На рейде впервые после 1915 года появился военный корабль пол Андреевским флагом — ракетный крейсер «Москва».

Полдень. Памятный крест па продуваемом мысе Пунда. Белый строй почетного караула русских матросов — и темно-зеленый — греческих солдат. Архиепископ Орехово-Зуевский Алексий и митрополит Лемноса и островов Св. Евстратия Иерофей освящают крест.

Казалось бы, столь торжественной церемонией дело можно было закончить, но в реальности для фонда «Русский Лемнос» все только начиналось. Предстояло привести в порядок уцелевшие могилы, восстановить имена тех, кто нашел свой последний приют на греческой земле, восстановить русское кладбище в Мудросе и т.д., восстановить путем архивных изысканий историю русского Лемноса.

При Новоспасском монастыре был создан молодежный отряд «Лемносъ», его члены каждое лето выезжают на остров работать под палящим солнцем и не стихающим ветром.

И главное — история Лемноса должна была стать известной в России. Как часть нашей настоящей русской истории.

Потомки грозные славян

В первый же день по приезде на Лемнос русская делегация провела памятную церемонию около небольшого белого памятника на набережной Мирины. Белый мрамор, рассеченный крестом и надпись: «В память русский моряков эскадр графа Орлова и вице-адмирала Сенявина, внесших свой вклад в освобождение Греции 1770 — 1807». Еще одна весточка из прошлого России, из того громкого века военных споров, когда подвигам грозных потомков славян, страшась, дивился мир.

Все русско-турецкие войны, проходившие до середины XVIII века, были войнами сухопутными. Даже создатель русского флота Петр Великий и тот воевал с турками только на суше. Сухопутные кампании не давали возможности нанести Османской империи решительное поражение. Русская армия XVIII века была не способна прорваться через Балканы к Константинополю, т.е. создать серьезную угрозу турецкому государству. Война затягивалась, и в итоге турки «пересиживали» русских. Внушительные успехи войск в 30-е гг. XVIII века оканчивались, по сути, ничем при подписании мира. Поэтому правительство Екатерины Великой, столкнувшись с угрозой новой войны, в конце 60-х гг. XVIII века начало работу над выработкой новой стратегии, позволявшей избежать затягивания войны и нанести удар непосредственно в центр вражеской державы.

Для этого впервые в истории русско-турецких войн предполагалось задействовать военный флот, направив его в Средиземное море. Экспедиция тщательно готовилась. В 1764 году в район будущих действий отправился замаскированный под торговое судно фрегат «Надежда Благополучия» с командой из военных моряков. Его офицеры имели приказ, «где будут при портах или случится приставать к каким берегам и островам жилым или пустым, сколько возможно стараться ему описывать обстоятельно и сочинять планы, но оное описание делать с осторожностию, чтоб на себя какого подозрения никому не подать; на крепко ж наблюдать при входах в порты положения мест и портов, флюкса и рефлюкса, и возвышение воды где насколько фут бывает, а промеры глубины при какой воде примечать»^{146}. Впоследствии офицеры фрегата будут назначены на линейные корабли экспедиционных эскадр, а сам корабль войдет в состав экспедиции.