Читаем Площадь павших борцов полностью

- А... просто так. Больно уж ты мне понравился. Я ведь тебе не хрен собачий, а НКВД... что хочу, то и делаю. Могу хоть здесь ордер на арест выписать и припаяю "врага народа".

- За што? - еще больше удивился боец.

- У нас не спрашивают - за что? Значит, так надо. Лучше бросай винтовку да пойдем со мной. Хватит трепаться. Я тебя в нужник сведу и даже кормить стану... Идет?

Все-таки уговорил. Боец сдал винтовку, свой пост, Воронин отправил его с запиской в комендатуру города, куда и сам позвонил, чтобы там его накормили и дали парню выспаться.

Потом свистнул, подзывая бригаду грузчиков:

- Эй, ребята! Срывай пломбы... I

Сорвали. Дверь теплушки с грохотом откатилась в сторону, Воронин глянул внутрь вагона и... обомлел.

- Никому ни слова, - предупредил грузчиков. Сразу пришел в диспетчерскую, всех из комнаты выгнал чтобы не подслушивали, позвонил Чуянову. - Держись крепче на чем сидишь, - сказал он.

- Вагон взяли с утильсырьем?

- Взяли и открыли.

- А что в нем? - спросил Чуянов.

- Золото.

- В уме ли ты? Может, бронзу с золотом перепутал?

- Нет. Полный вагон золота... в слитках.

- Так откуда он взялся, этот вагон?

- Теперь не узнаешь. Никаких документов. Кажется, идет вагон давно, а откуда - неизвестно. Скорее всего - его для маскировки запихнули в эшелон с металлоломом... Как быть? Еще бы немного, и поставили под разгрузку. Уж, наверное, каждый грузчик по слитку бы в зубах домой унес... Как быть?

Чуянов позвонил в Москву в Госбанк СССР.

- Скажите, пожалуйста, - нарочито умильно начал он, - у вас случайно никогда не пропадал вагон с золотом?

- Как вы могли подумать! - отвечали из Москвы. - Мы здесь каждую народную копейку бережем, а вы... вагон с золотом?

- А все-таки, - продолжал Чуянов, - как вы отнесетесь к тому, что я подарю вашему банку вагон с золотом?

- Перестаньте хулиганить! - отвечали ему...

Вечером позвонил из Госбанка какой-то товарищ, судя по апломбу голоса, ответственный и авторитетный:

- Это у вас нашли наш вагон с золотом?

Чуянов не отказал себе в удовольствии поиздеваться:

- Пока что вагон не ваш, а, простите, мой.

- А что вы с ним сделали?

- Пропиваем. Всем городом.

- Не до шуток! Как этот вагон к вам попал?

- Вот об этом, - обозлился Чуянов, - надо бы не меня, а вас спрашивать, почему вы этот вагон с золотишком чуть было на переплавку вместе с утильсырьем не пустили.

- Поставьте к вагону усиленную вооруженную охрану.

- Сейчас! Вот только берданку заряжу и побегу охранять...

Дальше этим вагоном занимался Воронин, ставил усиленную охрану, выдергивал вагон из немыслимого хаоса составов, а сам Чуянов еще долго не мог успокоиться.

- Лопухи! - возмущался. - Финансисты дырявые. Зато и везет же нашему Сталинграду: в прошлом году нашли на путях целый эшелон с пушками, а в этом - вагон с золотишком... во где бардак!

Душно было, жарко. Во дворе обкома стояла зенитка, и через открытое окно Чуянов слышал, как политрук части, собрав бойцов, проводил очередные политзанятия. Он начал так:

- Товарищи бойцы, сегодня у нас самая почетная программа занятий. Кто из вас берется перечислить все те должности, которые занимает наш великий вождь и учитель товарищ Сталин... Ну? Неужто никто не знает? Смелее, товарищи. Нельзя побеждать кошмарного врага, не зная наизусть все посты, занимаемые великим полководцем и вождем всех народов...

Алексей Семенович высунулся в окно, крикнул:

- Эй, кончай! Разворачивай свою пушку... летят!

С женой он договорился так, что - еще до объявления воздушной тревоги, о которой узнавал раньше всех, - Чуянов звонил на Краснопитерскую и говорил два слова: "Катюша едет", что означало: пора его семье спускаться в подвал. Все реже он бывал дома, в своем же кабинете и спал на диване, чтобы в любой момент взять трубку правительственного или городского телефона. Средь ночи на диван к нему запрыгивала приблудная овчарка Астра и благодарно лизала хозяина в нос.

- Да иди ты! - отмахивался Чуянов. - Нашла время для нежностей... не мешай выдрыхнуться.

Иногда гремели отдаленные взрывы, но Чуянов уже привык и спал, как убитый - до звонка! Спал и даже не слышал, как в городском зоопарке всю ночь жалобно трубила, словно предвещая беду, некормленная слониха Нелли.

* * *